Наверх

Белорусско-российское сотрудничество

Белорусы знают справедливую цену своим заводам

Не начнет ли Беларусь в условиях финансового кризиса распродавать, то есть приватизировать наиболее «лакомые» активы? Этот вопрос сейчас волнует многих. На днях ответить на него попытался глава государства Александр Лукашенко.

Не начнет ли Беларусь в условиях финансового кризиса распродавать, то есть приватизировать наиболее «лакомые» активы? Этот вопрос сейчас волнует многих. На днях ответить на него попытался глава государства Александр Лукашенко.

Президент напомнил в этой связи о «нефтяных», «газовых», «молочных», «карамельных» войнах. А все к тому, что отдавать все в одни руки опасно. Нужно, по его словам, «хотя бы три корзины иметь». Ситуацию он разъяснил на примере «Беларуськалия».

«Это мощное предприятие, которое около 3 млрд дохода в валюте приносит нашей стране. Мы не против приватизации. Мы этого не боимся. Но мы четко сказали: цена «Беларуськалия» минимум 30 млрд. долларов. В России хотят купить это предприятие на таких условиях: по 3 миллиарда в год в течение 10 лет, то есть за 30 миллиардов. Мне оттуда намекают, я даже вам сказать не могу, какие предложения идут. Я пытаюсь объяснить, говорю, что у нас не принято так. У нас в карман никто деньги не кладет, тем более президент. Я честно прожил свои годы президентские и не собираюсь у народа чего–то здесь отнимать и отбирать».

Александр Лукашенко на встрече с российскими журналистами не стал скрывать, что сегодня тот же «Беларуськалий» хотят купить китайцы, индусы, «две западные компании», Катар и россияне. Часть акций, которая выставляется на продажу, получит тот, кто предложит лучшие условия. «По «Беларуськалию» разговоров много: продали, не продали. Никто не продал «Беларуськалий». И если его не купят по этой цене, мы не переживаем — 100 процентов рентабельность, нормально функционирует предприятие. Чего нам торопиться, - сказал белорусский лидер, отвечая таким образом тем, кто хотел бы купить предприятие целиком и в рассрочку. - Нам нужно определенное количество денег. Мы их разместим в золотовалютных резервах. Продадим 25 процентов или 30 процентов «Беларуськалия», но от контроля над ним никогда не откажемся».

Он напомнил, что у белорусов очень сильные социальные требования к потенциальным новым собственникам приватизируемых предприятий: «Как работает государственное предприятие, так должны работать и вы. А просто сюда приехать, заплатить мизерную зарплату нашему человеку и выкачать прибыль... Зачем нам нужны такие инвесторы? Если даже это будет высокотехнологичное предприятие, оно же не на нас будет работать. А людей выкинут — куда мне этих людей девать? Поэтому мы модернизируем спокойно сами. И если кто–то согласен на эту политику, то, пожалуйста, приходите».

В нынешнем году на торги выставляется в общей сложности 180 предприятий, и глава государства опроверг утверждения о том, что Беларусь, якобы, сдерживает российский капитал: «Мы приветствуем его здесь. Более того, ну почему нам не с Россией акционировать нефтеперерабатывающие заводы? Труба идет из России, эти заводы настроены на переработку российской нефти марки «Юралс». Правда, мы научились работать и на «Азере–лайф», и на «Санта–Барбаре» венесуэльской, когда вы нам перекрыли задвижку и мы вынуждены были искать свое счастье далеко от России. Благо, это ушло в прошлое. Мы получаем российскую нефть сегодня, ее перерабатываем, почему не акционироваться с источником поступления этой нефти, с Россией? Это правильно было бы. Но мы не готовы на тех условиях, которые нам сегодня предлагают».

Далее он привел пример с приобретением «Газпромом» 50% «Белтрансгаза»: «Компания оценена в 5 млрд долларов... Договоренности достигнуты с условием, что труба будет задействована в любом случае, поскольку она приносит доход государству, и там работают порядка 10 тысяч человек».

Другой пример касался кондитерской отрасли. «У вас есть «Бабаевская» фабрика, по–моему, они хотели прихватить и нашу «Коммунарку». А это один из брэндов Советского Союза: в Минске — «Коммунарка» и «Спартак» — в Гомеле, - напомнил Лукашенко. - Это две мощнейшие фабрики были в Советском Союзе. Да и сейчас хорошо работают. И тогда в связи с этим рейдерским захватом, как его сейчас называют, ко мне обратились женщины с письмом, потому что в основном женщины работают на этих фабриках. Я тогда ввел «золотую акцию» и наложил запрет на приватизацию этой фабрики. Я боялся одного — чтобы наша фабрика, которая тогда выпускала лучшую продукцию, не «шалила» на рынке, чтобы какао–бобы и прочие ингредиенты не заменяла на сою, чтобы она не стала выпускать «сладкую плитку» под видом шоколада. Я потом очень жестко потребовал: если это такой состав, то чтобы это было прописано, чтобы люди видели, что они покупают. Тогда впервые столкнулся с проблемой качества продукции. Был дефицит во всем. И многие начали вот эти натуральные компоненты и составляющие (в колбасе, шоколаде и так далее) подменять на более простое. Допустим, в колбасу добавляли вместо 5 процентов сои 30, а то и половину. Я всех своих собрал и сказал: «Ребята, смотрите, рынок восстановится, и с чем вы тогда останетесь на рынках. Натуральное — оно всегда будет в цене». И мы в этом повели жесткую политику».

Леонид Тимофеев, газета «Трибуна»