Наверх

19.05.2022

Автор: Анатолий Максимов

Фото: Анатолий Максимов

Александр Бедрицкий: «Союзные программы признаны одними из самых эффективных на самом высоком уровне»

Александр Бедрицкий много лет возглавлял Росгидромет, затем Всемирную метеорологическую организацию, был советником Президента России по вопросам изменения климата. Он стал также одним из создателей единой гидрометеорологической службы в рамках Союзного государства Беларуси и России и руководителем Комитета Союзного государства по гидрометеорологии и мониторингу загрязнения природной среды в период с 2005 по 2009 год. Сейчас Александр Бедрицкий – президент Российского гидрометеорологического общества.

Фото: президент Российского гидрометеорологического общества Александр Бедрицкий

Александр Бедрицкий стал одним из инициаторов очередного заседания постоянно действующего семинара при Парламентском Собрании Союза Беларуси и России на тему «Гармонизация нормативного регулирования мер по адаптации к изменению климата в рамках Союзного государства», который прошел в Санкт-Петербурге. Нашему корреспонденту Анатолию Максимову удалось задать ему несколько вопросов.

- Как вы думаете, почему именно город на Неве стал местом проведения подобного семинара?

- В Санкт-Петербурге есть исторические традиции изучения климата и организации наблюдения за ним – еще с 1849 года, когда здесь была основана первая в стране метеообсерватория. И тут до сих пор много ученых, которые занимаются вопросами прикладной климатологии и взаимодействуют с отраслями народного хозяйства.

Тут уже давно разработали Стратегию по адаптации к изменениям климата. Санкт-Петербург и Москва участвуют в международном процессе взаимодействия городов, которые разрабатывают свои меры и борются с воздействием на климатическую систему, чтобы минимизировать риски и сохранить здоровье граждан.

- Что можно сказать о сотрудничестве России и Беларуси в этой сфере? Какие у нас перспективы?

- Сотрудничество в области наблюдения за состоянием погоды и климата ведется уже давно. Есть Комитет Союзного государства по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды. В свое время я был его руководителем. Сейчас завершилась четвертая союзная программа по метеорологии, в рамках которой были представлены и меры по адаптации к изменениям климата. Этот процесс перешел на практический уровень: научные рекомендации должны теперь реализоваться в конкретных мероприятиях. И очень важно начинать его с гармонизации нормативного обеспечения.

- Как можете оценить результаты союзной программы по развитию системы гидрометеорологической безопасности, которая завершилась в прошлом году?

- Все союзные программы выполнялись на очень высоком уровне, с привлечением не просто ученых наших стран, но и практиков, которые осуществляют наблюдение и анализ ситуации. Эффект этих программ в области прогнозирования – серьезное повышение возможностей и точности прогнозов при использовании совместных наработок. Много было сделано и по мониторингу зон, которые подвержены негативным последствиям Чернобыльской аварии. Много делается для того, чтобы научные оценки были гармонизированы и единообразны. Этот процесс успешно идет. А программы признаны одними из самых эффективных на самом высоком уровне. Надеюсь, что они будут продолжены.

- Какие вызовы стоят перед нашими странами в области климата?

- Изменения климата, которые уже сейчас можно предвидеть, по оценкам ученых, могут привести к ежегодному падению ВВП России на 2% к 2030-м. А если количество вредных выбросов будет сокращаться медленнее, чем предполагается, то это падение в дальнейшем будет куда более стремительным – на 9% в год. Будет повышаться среднегодовая температура, но в тоже время понижаться влагообеспеченность. К чему это приведет? Это приведет к тому, что придется перераспределять площади, занятые под сельхозкультуры. Где-то будем ориентироваться на более засухоустойчивые сорта, где-то брать такие сорта, которые давали бы максимальный урожай. Например, если правильно посеять пшеницу, то, по оценкам ученых, можно получить прибавку урожайности до 26 центнеров с гектара. Но можно и потерять, если засушливые условия не будут приняты во внимание и не будет дополнительного искусственного орошения. Повышение температуры влияет и на водное хозяйство, ведь от этого зависит судоходность рек.

Я уже не говорю о состоянии «вечной мерзлоты», в Беларуси ее, слава Богу, нет. А это очень серьезная проблема. В условиях потепления, повышения температуры грунта под угрозой находятся не только здания, но и газопроводы, нефтепроводы. Недаром Владимир Путин говорил о том, что мы должны выстроить новую систему мониторинга состояния «вечной мерзлоты». Ведь это 60% территории России. Очень важно подготовиться заранее к негативным процессам. Это очень дорогостоящая история. Не то, что дождь пошел, зонтик раскрыл и проблема решена.

- Насколько возможные западные санкции и отключение от всемирной базы данных может сказаться на нашей гидрометеорологии?

- Такого быть не может, это я могу заявить как почетный президент Всемирной метеорологической организации. Потому, что без циркуляции данных в системе Всемирной метеорологической организации, ни одна страна не может выдать надежный прогноз. Это не то, что, как сейчас принято говорить, выстрел себе в ногу. Такие санкции – выстрел себе в голову. Это не та область, где возможны санкции. Более того, когда начинают восстанавливаться отношения между странами, как уже было в случае с Китаем, то первыми встретились главы гидрометеорологических служб двух стран. И процесс пошел: и в области дипломатии, и в экономике.

- Запад готов забыть о планах построить зеленую экономику, лишь бы навредить нам…

- Я 25 лет участвовал в переговорах с западными странами. Они всегда пытались политизировать этот процесс. Доходит до абсурда: сейчас они пытаются доказать, что российский газ имеет более высокий коэффициент выбросов, в том числе, и углеродный след, по сравнению с углем, который они производят. Хотя газ – более чистое топливо, это ясно любому здравомыслящему человеку. Они то отменяют атомную энергетику, то готовы к ней вернуться. В Австралии власть сменилась, они, вслед за США, вышли из Киотского протокола. Пришло новое правительство, страна в него вернулась. Это попытка трансформировать науку в политические аргументы. Никаких перспектив она не имеет.