Наверх

24.07.2013

Гибель и слава «Ильи Муромца»

В агрогородке Боруны Ошмянского района Гродненской области рядом с местной школой стоит памятный камень красного гранита, на котором укреплена доска. На ней изображены барельефы самолёта «Илья Муромец», четверых в форме русских лётчиков периода Первой Мировой войны и знака ордена святого Георгия 4-й степени.

В агрогородке Боруны Ошмянского района Гродненской области рядом с местной школой стоит памятный камень красного гранита, на котором укреплена доска. На ней изображены барельефы самолёта «Илья Муромец», четверых в форме русских лётчиков периода Первой Мировой войны и знака ордена святого Георгия 4-й степени. Надпись на белорусском языке перечисляет погибших летчиков. Карпау А., Рахмiн М., Макшеяу Д., Гаiбау Ф., под ними - «Экiпажу самалёта Iлья Мурамец-16», якiя геройскi загiнулi 25.09.1916 г. пад мястэчкам Баруны».

Это означает, что12 (25) сентября 1916 года в районе Борунов в воздушном бою был сбит русский бомбардировщик «Илья Муромец-Г» (заводской номер «188», бортовой – «XVI»). Весь его экипаж, состоявший из поручика Дмитрия Дмитриевича Макшеева (командира корабля), Митрофана Алексеевича Рахмина (помощника командира), Олега Сергеевича Карпова (офицера-наблюдателя) и Фарруха-Ага Гаибова (артиллерийского офицера) погиб.

Этот памятник в небольшом западно-белорусском поселке отводит нас к суровым дням Первой мировой войны и заре отечественного, да и мирового самолетостроения.


Памятный камень в Борунах

В 1911 году на Петербургский Русско-Балтийский вагоноремонтный завод прибывает из Киева молодой конструктор Игорь Сикорский. Тот самый, который после революции эмигрировал в США и создал лучшие вертолеты своего времени. Он сразу возглавляет недавно учрежденный при заводе отдел по проектированию и постройке самолетов. Там же до Сикорского строились легкие образцы машин – монопланы и бипланы с тянущим винтом. Сикорский же сразу замахивается на грандиозное – создание большого четырехмоторного аэроплана для стратегической разведки.

Новый проект был назван «Русским витязем». Это был первый в мире четырехмоторный самолет. Уже через два года аппарат был создан и отлично себя зарекомендовал. Управляемость новой машины не терялась даже при отказе двух двигателей. Кстати, именно на «Русском витязе» также была впервые в мире применена большая закрытая кабина, как для летчика, так и для пассажиров. На испытаниях, которые выполнял сам Игорь Сикорский, в этой кабине уместилось семь пассажиров. Что было невиданно по тем временам.

Вообще, знаменитый впоследствии авиаконструктор Игорь Иванович Сикорский очень многие вещи делал впервые в мире, для него это была норма. Но надо учитывать, что самолет – это штучный объект, а в те времена, особенно. «Русский витязь» просуществовал недолго. 11 сентября 1913 года на него упал двигатель с другого самолета, пролетавшего над ним. И самолет Сикорского пострадал так, что восстанавливать его уже не было смысла.

Неутомимый Игорь Иванович сразу приступает к созданию новой, гораздо более мощной машины, которая получила название «Илья Муромец». В создании самолёта также участвовали такие конструкторы как К.К. Эргант, М.Ф. Климиксеев, А.А. Серебров, князь А.С. Кудашев, Г.П. Адлер.


Игорь Сикорский в 1914 году

Тогда в России не было собственного производства авиамоторов, поэтому изначально на «Илью Муромца» были поставлены немецкие моторы «Аргус» мощностью 100 л.с. каждый. А вот уже в 1915 году появился и собственно российский мотор Р-БВ3 разработанный инженером Киреевым.

Размах крыла «Ильи Муромца» был равен 32 м, а полная площадь крыла - 182 м2. Все основные детали самолёта были сделаны из дерева. Верхнее и нижнее крылья собраны из отдельных частей, соединенных по разъемам.  Это был самый большой и мощный самолет того времени. Он пошел в серию, что тоже было неслыханно для России того времени. Всего до1918 года было построено около восьмидесяти самолетов «Илья Муромец» разной модификации.

11 декабря 1913 года «Илья Муромец» установил первый рекорд — поднял груз весом 1100 кг. Предыдущий рекорд на самолете Соммерэ составлял 653 кг. 11 февраля 1914 года был совершен полет с 16 пассажирами на борту. Вес поднятого груза составляя уже 1190 кг. Осенью 1915 года на корабле «ИМ» № 167 с двигателями РБЗ-6 впервые в мире была поднята и сброшена невиданных до этого размеров 25-пудовая бомбе (410 кг). По летным качествам лучшим был «ИМ» серии Г-2. В начале 1917 года капитаном И.С. Башко на нем была достигнута высота 5200 м и скорость 137 км/час при общей нагрузке 1340 кг.

Из-за конструктивных особенностей остановка двух из четырёх моторов ещё не обязательно должна заставить самолёт опуститься. По крыльям самолёта во время полёта могли ходить люди, и это не нарушало равновесия «Ильи Муромца». Частенько, для демонстрации возможностей своего детища выход на крыло во время полёта проделал сам Игорь Сикорский. Функционально, это давало возможность лётчику при чрезвычайных обстоятельствах приступить к ремонту мотора прямо в воздухе. На тот момент это было совершенно новым и производило большое впечатление.

Однако вернемся к Первой мировой войне. В 1914 года, еще до ее начала Военное ведомство России сделало заказ на 10 самолётов этого типа. К началу войны было построено 4 «Ильи Муромца», и все они были переданы в армию, в императорский военно-воздушный флот.

2 октября 1914 г был подписан контракт на постройку 32 самолетов «Илья Муромец» ценой по 150 тыс. руб. Общее число заказанных машин составило 42. Все казалось, развивалось хорошо для этой мощной машины. Но непосредственно в войсках, ее встретили прохладно. Авиаторы пеняли «Илью Муромца» за плохой набор высоты, небольшую скорость, незащищенность. Мнение в верхах складывалось неблагоприятное и строительство было приостановлено.
Самолет спас Михаил Шидловский, руководивший авиационным отделом «Руссо-Балт». Он признал, что самолёт имеет недостатки, но указал на то, что экипажи имеют недостаточную подготовку. Он приостановил постройку 32 машин, но настоял на выпуске первых десяти, чтобы их можно было всесторонне проверить в боевых условиях. Им было предложено формировать «Ильи Муромцы» в эскадры, по примеру флота.

Император Николай II одобрил эту идею, и 10 декабря 1914 года был издан приказ, по которому русская авиация делилась на тяжелую, подчиненную Штабу Верховного Главнокомандования, и легкую, входящую в войсковые соединения и подчиненную Великому Князю Александру Михайловичу. Этот приказ положил начало стратегической авиации. Им же была сформирована эскадра из десяти боевых и двух учебных кораблей типа "Илья Муромец". Командующим эскадры стал первый авиационный генерал Михаил Шидловский.

Благодаря успехам эскадры в апреле 1915 года заказ на постройку 32 самолётов был разморожен. За время войны эскадра генерал-майора Шидловского совершила 400 боевых вылетов, сбросила 65 тонн бомб и уничтожила 12 вражеских истребителей, потеряв при этом лишь один самолёт непосредственно в боях с вражескими истребителями. Именно тот, которому установлен памятный знак работы архитектора Виктор Бурого и скульптора Валерия Колесинского в белорусском поселке Боруны.

12 (25) сентября 1916 года воздушная эскадра получила приказ осуществить бомбардировку тыловых позиций немцев. В небо поднялись два «Ильи Муромца» и 13 самолетов прикрытия. Целью налёта стало именно местечко Боруны, где, располагался штаб 89-ой немецкой дивизии, узел узкоколейной железной дороги с артиллерийскими и интендантскими складами и аэродром.

«Илья Муромец», прорвавшись сквозь заградительный огонь и оттеснив немецкую авиацию, сбросил 78 бомб. Вот как описывал позже те трагические  события их непосредственный участник русский летчик полковник Брант:

«В голове шёл 16-й корабль с двумя «Моран-Парсолями» и одним «Вуазеном», затем Киевский корабль («Илья Муромец»), вместе с которым летело до шести малых аппаратов.

Остальные 5 аппаратов перелетели позиции противника на широком фронте от 10-ти до 15-ти вёрст к северу и югу от Крево. 16-й корабль, командир поручик Макшеев, помощник командира поручик Рахлин, артиллерийский офицер поручик Гаибов и наблюдатель поручик Карпов, следуя в авангарде эскадры, был у Крево встречен сильным артиллерийским огнём противника и вступил в ожесточенный и неравный бой с превосходящими силами противника, состоящими из четырех хорошо вооружённых и более быстрых аппаратов.

Оставшись один против четырёх противников, 16-й корабль, отбиваясь, продолжал движение в тыл противника к Борунам. В последующие минуты неравного боя, под сильным артиллерийским огнём, 16-му кораблю удалось отбить атаку 3-х вражеских самолётов, которые снизились, уклонившись от боя.

Четвёртый же немецкий самолёт держался над 16-м кораблём и, находясь, видимо в мёртвом пространстве, обстреливал его из пулемёта. Когда корабль под огнём противника уже достиг Борунов, он видимо был повреждён артиллерийским огнём, а, быть может, часть экипажа была выведена из строя ружейным огнём самолётов противника, и аппарат упал, разбившись при ударе о землю, причём все летчики погибли.

Вслед за падением корабля снизился и 4-й германский самолёт. Мужество и решимость экипажа 16-го корабля дали возможность главным силам эскадры в составе Киевского корабля и 10 малых аппаратов прорваться в расположение противника к Борунам без сопротивления со стороны авиации противника, четыре аппарата которого были выведены из строя. Таким образом, 16-й корабль в решительный момент боя произвёл сильное расстройство в неприятельской авиации, что и повлияло на успех всей операции».

Самолёт упал на территории, занятой немцами. В те годы еще существовали остатки кодекса чести, тем более, к летчикам, этим отважным людям всегда во всех армиях относились очень уважительно.

Погибших русских лётчиков похоронили в братской могиле, отдав воинские почести. На могиле был установлен крест с надписью на немецком языке «Здесь похоронены 4 русских лётчика, сбитых в воздушном бою 25.IX.1916». Рядом с крестом положил обгоревшее колесо « Ильи Муромца» и остатки радиатора его мотора.

Позже, могила была забыта и потеряна. В 30-е годы поляки установили памятный крест летчикам на военном кладбище в другом месте. Который тоже со временем исчез. А уже в наше время возник этот мемориальный камень, свидетельствующий о славных и трагических страницах нашей общей истории.

Владимир Казаков