Наверх

31.07.2013

Подвиг Сморгони (Часть 1)

Даже для человека увлекающегося историй белорусское название Сморгонь практически ничего не значит. При всех несомненых плюсах советской системы образования был там очевидный недостаток. Некоторые страницы истории были из нее вычеркнуты. Например, о Первой мировой войне, конечно, рассказывалось, но как бы вскользь, мимоходом.

Даже для человека увлекающегося историй белорусское название Сморгонь практически ничего не значит. При всех несомненных плюсах советской системы образования был там очевидный недостаток. Некоторые важнейшие страницы истории были из нее вычеркнуты. Например, о Первой мировой войне, конечно, рассказывалось, но как бы вскользь, мимоходом. И, по большей части, говорилось о Западном фронте. В этом, конечно, сыграл свою роль и знаменитый роман Э.М. Ремарка «На западном фронте без перемен». Так что для нас названия Верден, Марна, река Ипр были гораздо больше на слуху, чем Сморгонь, Крев, Молодечно. Где геройски сражались за Родину русские солдаты.

А оборона Сморгони, когда маленький городок, белорусское местечко огромная немецкая машина не могла взять 810 дней, с 1915 по 1918 год, забыта потомками. Хотя благодаря этому невиданному мужеству наших войск именно Сморгонь преградила путь немецкой армии на Минск и Москву. Знаменитая блокада Ленинграда по жестокости противостояния вполне сопоставима с обороной Сморгони.

Население городка за эти страшные годы уменьшилось в сто раз. Если в 1914 году там было больше шестнадцати тысяч человек, то потом осталось около ста пятидесяти.

С лета 1915 года военные действия развернулись на территории современной Белоруссии. Русские войска  отступали. 25-го августа 1915 года был оставлен Брест-Литовск (Брест), 2-го сентября – Гродно. 9-го сентября был прорван фронт под Вильно (Вильнюсом), и немецкие войска устремились в прорыв, заходя в тыл русской 10-й армии в районе Сморгони и Молодечно.

13 сентября германская кавалерия подошла к озерам Нарочь и Свирь. Отсюда 1-я и 4-я кавалерийские дивизии немцев устремились на Сморгонь, к железной дороге Вильно – Молодечно и переправам через реку Вилию. 15-го сентября немецкая кавалерия при поддержке артиллерии атаковала Сморгонь.  Только что прибывшие на фронт русские маршевые роты, неразвернутые, неукомплектованные, прямо «с колес», восемь часов держали оборону. Израсходовав патроны и понеся огромные потери они отступили к Крево. Куда в это время подходили войска нашей 2-й армии.

Западнее, южнее и восточнее Сморгони части 36-го, 27-го, 4-го Сибирского и 1-го кавалерийского корпусов уже вошли в соприкосновение с кайзеровскими войсками. 20-го сентября к полудню совместной «дерзкой штыковой атакой» четырех  дивизий 2-й армии  Сморгонь была освобождена.

Немцы отошли на север, за Вилию. 24 сентября к Сморгони с запада, отходя с боями от Вильно, подошли части Гвардейского корпуса. Элитные полки русской армии, насчитывающие 572 офицера, 23920 штыков пехоты, 1080 сабель кавалерии, 145 орудий и 5 аэропланов, были готовы встретить врага. Уже на следующий день начались кровавые схватки на переправе через Вилию, у мельницы, у железнодорожной станции. В бой за город вступила вся 3-я Гвардейская пехотная дивизия – лейб-гвардии Кексгольмский, Петроградский, Волынский и Литовский полки.

 

Немцы бросили в атаку свежую пехоту. У деревень Марковцы и Белевичи гвардейцы остановили 31-ю  и  2-ю  германские пехотные  дивизии и  пехотную дивизию Ценкера. До Сморгони всего 6 километров, но немецкая пехота  так  и  не  смогла подойти  на  помощь  своей  кавалерии. Шестнадцать гвардейских полков трех пехотных дивизий и стрелковой бригады  подошли к городу. Заняли позиции Гвардейские артиллерийские бригады и Гвардейский тяжелый дивизион. Разведка и наблюдение были возложены на казаков лейб-гвардии Атаманского и лейб-гвардии Казачьего Его Величества полка.

Севернее, за Вилией, упорные бои вели  дивизии 2-й русской армии. Южнее, до Крево, заняли  оборону 3-й Сибирский  и 5-й  Кавказский армейский корпус 10-й армии, куда входила и Сводная пограничная пехотная дивизия. К Сморгони подошли и перед фронтом Гвардейского корпуса  развернулись 2-я  пехотная, 76-я и 79-я резервные и 14-я Ландверная  немецкие  дивизии и отряд  Эзебека.

Утром 25-го сентября под грохот артиллерийского огня  двумя ударными группами, севернее и южнее города, в атаку пошла германская пехота. Навстречу им в штыковую поднялась Гвардия. Поступил приказ – «Отступать некуда, за нами Россия! Ни шагу назад, стоять насмерть».

Они, эти забияки, дуэлянты, «сливки» общества полегли, но защитили город и  не пропустили врага на Минск и Москву. Впервые за время долгого отступления русских армий немцы были остановлены. И произошло это именно у Сморгони.

Потери были чудовищные. Только в бою 25-го сентября пало 3500 русских и 5500 немецких солдат и офицеров. По предложению немецкой стороны и с согласия командира 3-й гвардейской пехотной дивизии впервые было объявлено перемирие на один день для сбора убитых и раненых.

Подвиг Гвардейских полков, остановивших немецкое наступление у Сморгони, был апофеозом доблести и самоотверженности русских войск во всей войне.

Силы и немцев и наших войск были истощены и войска начали зарываться в землю, строить бетонные укрытия, подвозить боеприпасы. Началась позиционная война. Были выкопаны тысячи окопов и траншей, построено десятки километров железных дорог, наведены многочисленные мосты и паромные переправы. Постоянно была слышна ружейная и пулеметная стрельба, огонь вела артиллерия, в небе находились аэростаты и самолеты.

В тылу наших позиций была оборудована вторая оборонительная линия. Лейб-гвардии инженерно-саперный батальон навел мост через Вилию и начал работы на третьей оборонительной позиции. Силами армейского и фронтового командования строилась четвертая линия обороны у Молодечно и пятая – у местечка Красное. Были развернуты артиллерийские склады и ремонтные мастерские, полевые аэродромы и почтово-телеграфные отделения. Тысячи километров телефонных и телеграфных проводных линий связали сморгонские позиции со штабами армий, со Ставкой Главнокомандующего в Могилеве, с Петроградом и Москвой.

Появились тыловые транспорты, войсковые аптеки и магазины, хлебопекарни и конюшни конского запаса. Для подвоза боеприпасов, имущества летом 1916 года  были проложены узкоколейные железные и конно-железные дороги. Тяжелые артиллерийские системы передвигались по специально построенной 19-километровой ветке от станции Пруды к железной дороге Молодечно-Лида.

Немцы также укрепили свои позиции. Они состояли из четырех полос. Каждая полоса включала в себя не менее трех линий окопов и траншей в 150-300 шагах одна от другой. Все окопы полного профиля, выше роста человека. Тяжелые бетонные доты и блиндажи, «лисьи норы», гнезда для пулеметов связывала с тылом система многочисленных ходов. Каждая укрепленная полоса немецких позиций была защищена проволочным заграждением из 15-20 рядов кольев. Остатки тех позиций можно видеть до сих пор, немцы делали бетонные укрытия на совесть и за сто лет не сильно пострадали.

Теперь самое время вспомнить о белорусах, воевавших в Первой мировой войне. По мнения исследователей, около 800 тысяч белорусов было тогда призвано в армию и больше 100 тысяч не вернулись домой. Конечно, эти цифры довольно условны. В основном считали по месту призыва, а национальности в российских документах не было. Только вероисповедование.

Тогда общий срок службы с 1906 года после военной реформы составлял 18 лет. Из них три годы действительная срочная, 7 лет – запас 1-ой категории, 8 лет – запас 2-ой категории. Всё мужское  население в возрасте до 45 лет,  годное  к  строевой  службе,  но  не  служившее,  составляло  на  случай  войны  государственное  ополчение.

Призыв проводился по территориальному принципу и после начала войны мужское население белорусских губерний в возрасте до 43 лет в течение трех дней пополнило ряды российской армии.

На территории Минского военного округа запасные и резервные части разместились в Брест-Литовской, Гродненской и Бобруйской крепостях, в гарнизонных казармах Минска, Витебска, Гомеля, Могилева, Полоцка, Барановичей, Рогачева, Лиды и других городов. Белоруссы военнообязанных попали служить в пехотные и кавалерийские полки, в бригады полевой и осадной артиллерии, в рабочие инженерные дружины, железнодорожные батальоны и военно-дорожные отряды. Многие осваивали «экзотическую» для тех времен технику в воздухоплавательных и авиационных частях, в броневых дивизионах, автомобильных, мотоциклетных и самокатных (велосипедных) ротах.

В белорусских губернских городах – Витебске, Минске, Могилеве - были сформированы десятки пеших дружин, конных сотен, легких артиллерийских батарей и саперных полурот государственного ополчения. В Минскую ополченческую бригаду вошли 39 пеших дружин, 4 конные сотни, 2 батальона, 4 рабочие роты и запасной пехотный батальон. Призывники-специалисты, которые были нужны на оборонных заводах, получили бронь и были направлены на предприятия в Петроград, Москву, на Урал.

Владимир Казаков

Продолжение следует