Наверх

23.09.2013

Белорусский моряк Казарский (Часть 1)

Удивительно, но в совершенно сухопутной Белоруссии, есть люди, которые прославили родину на флоте! Среди этих героев имя Александра Ивановича Казарского, стоит, пожалуй, первым. Его подвиг, совершенный в сражении с турецкими линейными кораблями на Черном море в 1829 году, вписан золотыми буквами в историю российского флота.

Удивительно, но в совершенно сухопутной Белоруссии, есть люди, которые прославили родину на флоте! Среди этих героев имя Александра Ивановича Казарского, стоит, пожалуй, первым. Его подвиг на Черном море в 1829 году вписан золотыми буквами в историю российского флота.

Кто же такой этот героический белорусский моряк Александр Казарский? Александр Иванович Казарский родился 16 июня 1798 года на в Дубровно Витебской губернии в семье отставного губернского секретаря Ивана Кузьмича Казарского. В семье Казарских было пятеро детей: Прасковья, Екатерина, Матрена, Александр и Иван.

Обучение грамоте Саша получил в церковно-приходской школе. В 1808 году к Казарским приехал двоюродный брат Ивана Кузьмича и крестный Саши Василий Семенович, только что назначенный на должность в обер-интендантстве Черноморского флота. Он предложил определить мальчика в Черноморское штурманское училище в городе Николаев. Родители согласились. Так Александр Казарский, белорусский парнишка, никогда в жизни не видевший моря, в 1811 году стал кадетом Николаевского штурманского училища.

На прощание Иван Кузьмич Казарский сказал сыну классическую фразу обнищавших дворян, отправляющих своих детей в неведомое: «Честное имя, Саша, — это единственное, что оставлю тебе в наследство». Это была чистая правда. Кроме имени отец позже оставил в наследство старинное охотничье ружье. И все. Значит, Александр мог рассчитывать только на себя. За спиной у него не было имений с крепостными, как у большинства его товарищей. Да и дальше Александр Казарский не заработал «палат каменных». Уже будучи капитаном первого ранга, флигель-адъютантом самого императора, кавалером многих орденов, заполняя очередной «формулярный список о службе и достоинствах», он в графе «имеет ли за собою, за родителями или, когда женат, за женою недвижимое имение» напишет: «Не имею». До конца жизни, родным домом для него стали казенные квартиры и кают-компании кораблей.


Александр Казарский

30 августа 1813 года волонтер Александр Казарский был записан в Черноморский флот гардемарином. Через год ему присваивают первый офицерский чин – он становится мичманом. Ходит на бригантинах «Десна» и «Клеопатра». Чуть позже, желая окунуться в реальные события, подает рапорт о переводе на пограничную службу на Дунайскую флотилию и назначается в Измаил командиром отряда мелких гребных судов.

Перед отбытием к новому месту службы Александр Казарский получает краткосрочный отпуск и отправляется домой, в Белоруссию. Его глазам предстает страшная картина. Родительский дом в Дубровно разграблен и опустошен. Умер отец. Его любимую младшую сестру постигла страшная участь. Гибель ее была ужасна. Во время войны 1812 года представители «передовой Европы», несшие отсталой России «свободу и просвещение», страшно лютовали и разоряли окрестности. Спасаясь от насильников, французских и польских солдат, Матрена Казарская бросилась с обрыва в реку. Другая сестра постриглась в монахини, еще одна уехала с мужем. Мать, Татьяна Гавриловна, оставшись одна, отправилась к родственникам в Малороссию. Родного гнезда не стало. Александр остался совсем один.

В Дунайской флотилии Александр прослужил пять лет. В 1819 году получил чин лейтенанта. Тогда же Казарского назначили на фрегат «Евстафий», теперь он накрепко связывает жизнь с Черноморским флотом и Севастополем. Продолжались бесконечные русско-турецкие войны. И на суше и, особенно, на Черном море. После «Евстафия» Казарский плавал на шхуне «Севастополь», транспортах «Ингул» и «Соперник». Командовал катером «Сокол», служил на бриге «Меркурий», на линейном корабле и снова на бриге «Меркурий».

Он уже опытный моряк, прошедший отличную школу у лучших офицеров Черноморского флота. По приказу адмирала легендарного адмирала Грейга на транспортном судне «Соперник» был установлена пушка «единорог». Так «Соперник» стал бомбардирским судном. И теперь уже бриг как полноценное осадное судно принимает участие в штурме крепости Анапа.

Мелководье не позволяло подойти к крепости на близкое расстояние, а навесной огонь артиллерии флота не причинял укреплениям серьезного вреда. Транспорт «Соперник» мог подойти близко к берегу. Три недели маневрировал Казарский под Анапой, громя ее крепостные стены, увертываясь от прицельного огня турецких батарей. Корабль получил множество повреждений, но оставался на плаву до последнего дня осады. В полдень 12 июня 1828 года наши войска вступили в Анапу, и над ней взвился русский флаг.

Император Николай 1 щедро наградил офицеров и нижних чинов, отличившихся под Анапой. Капитану судна «Соперник» Александру Казарскому трехнедельная дуэль с крепостными батареями принесла чин капитан-лейтенанта. И огромный боевой опыт.

Следующим полем сражений с турками была Варна. К 29 августа Варна была обложена со всех сторон, как и под Анапо. Казарский, как и при Анапе, маневрировал на «Сопернике» у стен крепости, прикрывая под нескончаемым огнем турок осаду города. К 25 сентября все было готово к решающему штурму. Бомбардирские суда, в том числе и «Соперник», артиллерия гребной флотилии и сосредоточили огонь на бастионе, полностью подавив сопротивление неприятеля. Крепость была взята.

За храбрость, проявленную при штурме Варны, капитан-лейтенант Казарский был награжден золотой саблей. Вскоре после этого адмирал Грейг назначил его командиром 20-пушечного брига «Меркурий». Александру Казарскому было тридцать лет, пятнадцать из которых он провел на флоте.

Бриг «Меркурий» - это небольшое, но остойчивое и мореходное судно, что позволяло ему нести значительную парусность. Казарский уже служил на нем немного, но теперь он стал капитаном этого корабля.

Служба на малых судах была нелегкой. Их конструкция и оснастка требовали и от матросов и офицеров постоянного физического напряжения. Казарский непрестанно проводил тренировки, доводя многие элементы до автоматизма. Расчеты всех восемнадцати 24-фунтовых карронад почти ежедневно тренировались в наводке и прицельной стрельбе при любых условиях погоды.

В апреле 1829 года поступил приказ: бригу «Меркурий» следовать в Сизополь (ныне Созопол, Болгария) на соединение с отрядом крейсеров капитана 1 ранга Скаловского. Казарский был по-флотски счастлив. Предстояло настоящее дело.

Первый успех пришел к «Меркурию» и ее капитану в мае. Корабль находился в разведке у Босфора. Ночью впередсмотрящий доложил вахтенному, что наперерез бригу движется небольшое судно, с которого доносятся крики. Переводчик объяснил Казарскому, что капитан посудины просит разрешения подойти. На лодке были греческие патриоты, они сообщили, что в Пендераклии в спешном порядке достраивается турецкий линейный корабль. Греки также рассказали о расположение турецких батарей и количестве судов береговой охраны. С этим важным известием «Меркурий» на всех парусах помчался на базу в Сизополь.


Картина Ивана Айвазовского «Бриг «Меркурий» после победы над двумя турецкими кораблями встречается с русской эскадрой» (1848).

Отряд русских линейных кораблей и фрегатов незамедлительно снялся с якоря. Но лично поучаствовать в этой операции Казарскому не удалось: начальник русской базы Скаловский отправил его с донесением о предстоящей операции к Грейгу.

Операция прошла удачно. Группа добровольцев под командой мичмана Ивана Трескина подкралась ночью к недостроенному турецкому кораблю и подожгла его. Охвативший корабль пожар перекинулся на суда береговой охраны. Всего, включая линейный корабль, неприятель потерял в Пендераклии семнадцать судов. Да еще на рейде Акчераса отряд Скаловского потопил неприятельский корвет.

(Продолжение следует)

Владимир Казаков