Наверх

Юрий Олеша. Белорусский боярин

Удивительно, сколько великих писателей, поэтов, художников корнями уходят в белорусскую землю! Один из лучших стилистов 20-ого века, мастер метафоры и просто прекрасный русский писатель Юрий Карлович Олеша тоже белорус. Человек, который подарил миллионам детей волшебство сказки «Три толстяка», советский корреспондент газеты «Гудок» <br></br>

Удивительно, сколько великих писателей, поэтов, художников корнями уходят в белорусскую землю! Один из лучших стилистов 20-ого века, мастер метафоры и просто прекрасный русский писатель Юрий Карлович Олеша тоже белорус.

Человек, который подарил миллионам детей волшебство сказки Три толстяка», советский корреспондент газеты «Гудок» – дворянин древнего боярского рода. Он родился в Елисаветграде в 1899 году, но детство и юность провел в Одессе.

В своих мемуарных записках «Ни дня без строчки» он неоднократно подчеркивает, что он поляк и даже с детства плохо говорил по-русски. Он так пишет о себе: «Когда я отмечаю свое неумение писать, то я имею в виду составление фразы. Мне очень трудно написать фразу одним, так сказать, махом – в особенности если фраза создается для определения каких-либо отвлеченных понятий. Она вдруг обламывается, и я повисаю, держась, скажем, за какой-либо кусок придаточного предложения... Я успокаиваю себя тем, что я, мол, поляк и русский язык все же чужой для меня, не родной. Возможно, что причина именно в этом. Я помню, как отец однажды пожелал проверить мои успехи в чтении по-русски. (Учила меня бабушка, отец выступал в данном случае как верховный судья.)

– Иван! – кричит отец, рассердившись. – Иван!

Я произношу Иван, с ударением на первом слоге, по-польски, в каковом языке не может быть ударения на последнем слоге.

– Иван!

– Иван, - повторяю я.

– Иван! Иван! Иван!

Нет, я все же произношу – Иван. Боясь, как бы в гневе не ударить меня, отец прекращает экзамен, я плачу. Я был еще маленький поляк, и мне было трудно повернуть в себе на новый лад то, что я воспринял с кровью. …Какую первую книгу я прочел? Пожалуй, это была книга на польском языке – «Басне людове» («Народные сказания»). Я помню, как пахла эта книга, – теперь я сказал бы: затхлостью – как расслоился угол картонного переплета, как лиловели и зеленели мантии седых королей, как повисали на горностаях черные хвосты... Это была история Польши в популярных очерках – о Пясте, о Локотке, о Болеславе Храбром, о Казимире Кривогубом. С тех пор мне и кажется, что изображения могут гудеть. Эти картинки гудели».

Поляк? Почему? Все объясняется, если проследить родословную рода Олеши. Согласно документам, его предок Олеша Петрович со старшим братом Федором Петровичем Щепой являлись боярами князя Ярославича-Боровского, отъехавшего с двором из Московской Руси в Литву в 1456 году. В 1508 году «мая второго дня» боярин Городецкий Олеша Петрович получает за службу от пинского князя Федора Ивановича и жены село Бережное «с людьми и всеми пожитками на вечность в Пинске передал». То есть, фамилия, как часто было тогда, образована от имени основателя рода Олеши Петровича. Олеша – это, скорее всего, форма имени Алексей или Александр или прозвище. То есть, боярскому роду Олеша более пятисот лет.

Опять же из «Ни дня без строчки» мы узнаем, что отец писателя был разорившийся помещик.

«О моем отце я знаю, что он был когда-то, до моего рождения, помещиком. Имение было порядочное, лесное, называлось «Юнище». Оно было продано моим отцом и его братом за крупную сумму денег, которая в течение нескольких лет была проиграна обоими в карты. Отголоски этой трагедии заполняют мое детство».

А из документов хранящихся в Национальном историческом архиве Беларуси, можно узнать, что родившегося в 1861 году в Юнище Карла-Александра Антоновича Олешу, отца писателя, крестил в костеле соседней деревни Осовая (сейчас это Столинский район Брестской области) бережненский помещик Цезарь Олеша, старший в роду Олешей того времени. Кстати, Бережное сохраняло своих владельцев до времен Советской власти, редчайший факт, когда родовое имение принадлежит владельцам с 16-ого века. Поэтому видимо, и такая трагедия была в семье, когда отец писателя проигрывает одну из усадеб родового поместья в карты.

Род Олешей был обширен. В ранней его истории он, конечно, был православный. Сохранились предания о подстолии (воеводе) мозырском Петре Олеше. Попав в плен к мусульманам, он не захотел отречься от Родины и жить с «неверными». Как гласит предание, в ответ на посулы и угрозы он ответил: «Не умру весь». То есть, согласно православной традиции – исповедаю бессмертие души и Воскресение. И изменить вере не могу.

А далее с родом произошло то, что происходило с большинством древних белорусских фамилий. Под влиянием Польши и Литвы они окатоличелись. Принимая веру люди не только избирали религию, но и образ жизни, обычаи, историю, язык и даже национальность. Ведь неспроста в те временами поляками называли всех католиков, вне зависимости от национальной принадлежности. Так, белорусы и русские, принявшие чужую веру, стали поляками. Именно поэтому маленький потомок русских бояр Юра Олеша считал себя исконным поляком.

На этом, кстати, часто играли потом польские правители, завышающие количество живущих на территории Белоруссии поляков. Ну а среди Олеш католиков было много известных людей. Федор Олеша-Олешкович в 1482-1486 годах был секретарем короля Казимира Ягеллончика. Через сто лет место секретаря при королевском дворе снова занял представитель полесского рода – Флориан Олеша. Ту же должность имел позднее и Станислав. Видимо эта ответственная государственная должность передавалась в роду по наследству. В Великом княжестве Литовском во второй половине 17-ого века был известен богослов Ян Олеша, игумен греко-католической обители в Витебске. Титус и Франциск Олеши также были монахами, являлись прелатом и деканом слонимским.

В селе Бережном с 19 века Ново-Бережном на кладбище много могил со старинным гербом и фамилией Олеша. Основной герб рода «Брохович» – в белом поле красный олень, обращенный влево, с золотой короной на шее и девизом «Non omnis moriar». Это переведенная на латынь «окатоличеная» фраза того Петра Олеши, который не покорился татарам. «Не умру весь». Удивительно, но это в полной мере относится и к великому русскому писателю Юрию Карловичу Олеше. Он остается жить в книгах, кинофильмах. Он как бы вернул древний боярский род через русский язык, через свои прекрасные произведения домой. На Русь. В Россию.

Владимир Казаков, рубрика «Культура»
фото с сайта www.aktzal.ru