Наверх

Юрий Петров: мы, сообщество историков России, не молчим

Попытки пересмотра, казалось бы, устоявшихся исторических фактов -  это, как сегодня принято выражаться, модный тренд на постсоветском пространстве. Российские историки борются с ним, опираясь на подлинные документы, восстанавливая историческую правду. И этот способ борьбы оказывается более эффективным, чем резкие публикации в СМИ или любые PR-акции

С распадом Советского Союза у нашей страны возникло новое окружение, которое раньше входило в ее состав. Я имею в виду бывшие союзные республики. И отношение там к России подчас не отличается благожелательностью. Более того, в ряде стран под влиянием националистических установок воцарилась, прямо скажем, откровенная русофобия.

Почему она возникла – это другой вопрос. Но факт заключается в том, что отношение этих новых независимых стран к России, к нашей совместной истории строится здесь на терминах «оккупация», «геноцид» и тому подобных. А основная идея такой «новой» истории заключается в том, что Россия подавляла национальные окраины, не давала им экономически и культурно развиваться и всячески препятствовала их государственному развитию. Именно такой  исторический шлейф присутствует в историографии стран ближнего зарубежья, которая в ряде случаев становится основой для выдвижения неких претензий в адрес России.

Например, тема претензий особенно активно муссируется в некоторых странах Балтии – там составляются вполне конкретные счета за «оккупацию», за «нарушение экологии, нанесение вреда окружающей среде» и так далее. Такие настроения достаточно сильны и они в какой-то степени являются фактором формирования внешнеполитического курса этих стран.

Возникает вопрос: а что же мы, я имею в виду российское историческое сообщество, в данной ситуации молчим? Нет, в свою очередь мы предпринимаем ответные шаги. Например, в настоящее время готовится сборник документов из российских архивов о взаимных экономических претензиях стран Балтии к Советскому Союзу и наоборот. Речь идет о том, что во времена СССР страны Балтии пользовались режимом наибольшего благоприятствования. И вопрос – кто кому и сколько должен за годы нашего совместного проживания в одной стране не такой однозначный, как представляется нашим зарубежным коллегам.

Или вспомним псевдопроблему голодомора. Сколько здесь было сломано копий, сколько было попыток со стороны украинских историков и политиков доказать, что это был геноцид, организованный голод в отношении именно украинцев. В России подготовили двухтомную публикацию «Голод в СССР» на основе материалов множества архивов. И эти документы со всей очевидностью свидетельствуют, что у советского правительства не было никакого этнического умысла. Оно действительно уморило голодом немало советских граждан, но отнюдь не по этническому принципу. Голод был и в Поволжье, и в Казахстане, и на Кубани.

Я думаю, что подобный способ борьбы с лжетеориями, основанный на подлинных документах, на исторической правде, гораздо более эффективный, чем скажем, резкие публикации в прессе или любые PR-акции.

Юрий Петров,
директор Института российской истории РАН

Фото: www.sovet1812.ru