Курсы валют на 20.11.2017
RUR
BYN
29.73
USD
59.63
EUR
70.36
CNY
89.87
BYN
RUR (100)
3.36
USD
2.01
EUR
2.37
CNY
3.02
Интервью

08.11.2017 Михаил Попов: «В Беларуси государственность неотделима от народности»

Беседа с автором романа-эпопеи «На кресах всходних»,  получившего «Большую литературную премию России» и  премию «Ясная Поляна». Часть первая.

2017 год внес свой вклад в литературную сокровищницу Союзного государства России и Беларуси. Роман-эпопея белорусского и российского писатели Михаила Попова «На кресах всходних» получил «Большую литературную премию России», заняв первое место среди всех представленных произведений крупной прозы. А совсем недавно, уже осенью, Михаил Попов со своим романом стал лауреатом одной из самых престижных литературных премий под названием «Ясная Поляна».

Михаил Попов недавно отметил свой 60-летний юбилей. Он – автор многочисленных романов, повестей и рассказов, а также – стихов. В центре повествования многих произведений Михаила Михайловича – общая, неразрывная судьба восточнославянских народов: русского, белорусского и украинского.

Роман «На крессах всходних», вышедший в конце 2016 – начале 2017 года в толстом литературном журнале «Москва», вскоре был издан отдельной книгой в издательстве «Российский писатель». Это произведение широко обсуждается литературной общественностью Союзного государства.    

- Михаил Михайлович, вас называют то белорусским, то российским автором… А вы свои произведения к какой литературе склонны причислить?

- Я русский, пишу на русском языке, но моя личная судьба неразрывно связана и с Украиной, и с Беларусью. Родился в Харькове, а в восемь лет отроду, второклашкой, переехал вместе с мамой в село Сопоцкино Гродненской области. Это совсем недалеко от польской границы. Я проникся духом тех мест, вобрал в себя настроения жителей, их мировоззрение. Мои детские и юношеские впечатления стали основой в работе над романом «На кресах всходних». Я впитывал рассказы соседей, родственников, односельчан. Это были всевозможные байки из жизни, какие-то бытовые воспоминания. Война прочно поселилась в умах местных жителей. Бок о бок сосуществовали бывшие партизаны и отсидевшие срок полицаи… Как-то уживались вместе. Люди еще помнили, как были под Польшей, помнили власть панов, раздел Польши, войну… Да что говорить, в 60-е годы не только люди, но и некоторая скотина, видевшая войну, еще была жива, и люди порой говорили, что, мол, твои лошади раньше моими были, моего отца, деда…  И, конечно, где чья была земля. Однажды слышал спор: мол, «это моя жнейка, а не твоя, ее дед мой покупал»… В общем, эта тема собственности витала тогда в воздухе, чувствовалось, что люди далеко не все договорили и решили с тех времен, как Западная Белоруссия влилась в состав СССР, воссоединилась с советской Белой Русью. У меня с детства сложилось впечатление, что не все отношения были до конца выяснены. Потом мы переехали в Жировицы, жили неподалеку от знаменитого монастыря, который  функционировал в сильно ограниченном виде. Здесь я рос, учился в школе и техникуме, отсюда ушел в армию.

- В романе прослеживается вековое стремление белорусского народа, во всяком случае – его значительной части, к государственности. А значит, автор «На кресах всходних», то есть – вы, должен был хорошо представлять себе не только белорусский менталитет, но и мировоззрение соседних народов, с которыми у белорусов на протяжении разных эпох были непростые отношения: то – дружественные, родственные, а порой – враждебные, вплоть до открытых столкновений.

- Да, конечно, историю белорусского народа, как, впрочем, и судьбы большинства народов земли, трудно рассматривать в отрыве от жизни соседних цивилизаций и культур. Я  служил в Литве, которая когда-то составляла единое государство с Беларусью, а временами – также и с Польшей. Служил я на полигоне неподалеку от литовской деревни Кайраны. И хотя на дворе была уже середина 70-х, а с момента окончания войны минуло три десятка лет, в тех краях память народная сохранила такое понятие, как «лесные братья», много я про них наслушался. И впоследствии эти неложные свидетельства помогли мне в работе над романом.

- Как сложилась ваша судьба после армии?    

- Еще во время службы я набрел в одной газете на объявление о приеме работ на конкурс в Литературном институте. И послал свои стихи, не зная, насколько конкурс этот громаден. Незнание трудностей помогает с ними бороться. В то время такая была система, что из белорусской деревни ничего не стоило поступить учиться в Москву. Жил в общежитии рядом с Савеловским вокзалом, рядом – Останкинский молочный комбинат, где мы, студенты, вкалывали грузчиками по ночам. Потом работал в журнале «Литературная учеба», начали выходить мои книги, поэтические и прозаические. И сложилось так, что о том жизненном и писательском багаже, который накопился у меня после долгих лет жизни в Беларуси, я как-то и не вспоминал. Пока не случилось что-то вроде «видения». Было это в Крыму, в Симеизе, шесть лет назад. Среди бела дня возникла перед глазами картина: Мирон, персонаж моего будущего романа «На кресах всходних», идет свататься к дочери сельского «пана», Янине Порхневич… И я твердо осознал тогда: никуда мне от этого не деться, надо начинать работать. Тему разрабатывать. И погрузился я «в дебри» Налибокской пущи, где происходит основное действие книги. Изучил  историю края, его топографию, флору и фауну – в общем, все-все. А действие и персонажи постепенно обретали все более и более явственные черты. Словно остров населенный всплыл из глубин моего сознания. Плавучий остров.

- А сами вы считаете Налибокскую пущу, в окрестностях которой находятся и Сопоцкино, и Жировицы, своей родиной?

- Конечно. Это моя малая родина. Налибокская пуща – довольно большой лесной массив, почти сто тысяч гектаров занимает. Понятно, что я не везде бывал в тех местах. Хотя много где бывал. И при слове «родина» у меня перед глазами всегда встает именно образ тех, западно-белорусских, сел, рек, лесов. И людей. Я с детства очень люблю белорусский народ, он душевно чистый, искренний, незамутненный.

- А он вообще, по-вашему, есть как отдельная нация? Некоторые до сих пор спорят на эту тему…

- Да, белорусский народ есть, это непреложная истина, тут не о чем спорить. Причем это один из немногих восточнославянских народов, который сумел сохранить себя как мононациональную общность, как монокультуру. И в этом – заслуга многих и многих поколений белорусов, свято чтивших и по сей день чтущих обычаи старины, своих предков.

Окончание читайте здесь

Александр Аннин

Яндекс.Метрика