Наверх
Страницы истории

16.08.2020

Автор: Владимир ЗАМИРСКИЙ

В бой идут одни штурмовики

16 августа – сто лет со дня рождения дважды Героя Советского Союза Леонида Беды

 Забыл отбомбиться

К своей фамилии он относился с юмором. Наоборот, шутил: «Если встретишь с утра Беду, весь день – к удаче». И если и был бедой, то только для врагов в бою. А для своих - счастливым талисманом.

Украинец по национальности, он родился в Казахстане, куда его родители перебрались еще до революции, во время столыпинских реформ. Профессию летчика Леонид осваивал в Оренбурге, в Чкаловской авиационной школе. А похоронен в Минске. Вот и чтят его сразу в нескольких странах, где есть и улицы в его честь, и мемориальные доски.

Штурмовик Ил-2 и Леонид Беда, мне кажется, идеально подходили друг другу. Легендарная «Летающая крепость» (немцы в ужасе называли этот самолет «Черная смерть») и легендарный летчик. 214 боевых вылетов: первый - под Сталинградом, последний – под Кенигсбергом.

Одно из первых же заданий для 22-летнего летчика чуть не стало последним. Сержант Беда отстрелял весь боезапас, выпустил реактивные снаряды, но забыл в горячке боя сбросить бомбы на вражеский аэродром. А это, по законам военного времени, дело подсудное, пришлось возвращаться. Задание он выполнил, отбомбился, но на хвост одинокому штурмовику успели сесть несколько очухавшихся от наглости «Мессеров». Один из немецких пилотов приказал ему садиться, но в ответ увидел лишь кукиш. Тогда немцы начали расстреливать безоружный самолет – отличная мишень. Отстреливаться Беда не мог: тогда в экипаже Ил-2 не было стрелка. Но не зря этот самолет называли «летающей крепостью». Броня выдержала.

Letchik_Beda-3.jpg

Леонид каким-то чудом, как в песне - «на честном слове и одном крыле», дотянул до линии фронта, где немцев от него отсекли наши зенитки. Садился уже на «брюхо», отказали еще и шасси. Сам он чудом выжил, получив 20 ранений. Несколько месяцев в госпитале - и снова на фронт. Самолет же был как решето – на нем обнаружили 350 пробоин. За этот вылет Леонид Беда был награжден орденом Красной Звезды – первым в его военной биографии.

Заговоренные

Таких историй - хоть завтра экранизируй - у него в войну было немало. При освобождении Крыма, будучи уже командиром эскадрильи, Беде пришлось сажать свою «летающую крепость» на вражеской территории – всего в нескольких километрах от немецкого аэродрома. Выбора не было: трубопровод в Ил-2 перебило, масло начало вытекать из машины, двигатель заклинило. До линии фронта не дотянуть. После аварийной посадки вместе со стрелком сняли пулемет, уничтожили сбитый самолет и уже приготовились драться до последнего с немецкой пехотой, как на выручку командиру поспешила его эскадрилья. Отгоняли немцев огнем, а одному штурмовику удалось сесть неподалеку. Беда и его стрелок смогли залезть в кабину: самолет взлетел на глазах изумленных фрицев и благополучно приземлился у своих.

История эта говорит о многом. Командира его подчиненные любили. Он был не только отличным тактиком, но и хорошим учителем. Не зря перед войной окончил пединститут на Урале. Все операции просчитывал с математической точностью, и всегда с охотой подсказывал другим летчикам. В его эскадрилье потери были самые низкие в полку, и это при том, что штурмовиков сбивали частенько. Многие летчики считали фамилию командира своеобразным оберегом. Боялись Беду и немецкие зенитчики: мол, сбить его эскадрилью невозможно, заговоренные они, снаряды мимо пролетают. И когда в небе появлялись самолеты с белыми полосами на крыльях (отличительный знак эскадрильи аса), отказывались открывать огонь, боясь демаскировать зенитки.

Почетный железнодорожник

Одним из наиболее уязвимых мест двухместного Ил-2 считалась позиция стрелка. Они гибли куда чаще пилотов: пару вылетов – и все. Со своим стрелком, уроженцем Витебщины Семеном Романовым, Беда летал с 1943 года до конца войны. А все благодаря точному расчету: при атаке немецких истребителей сзади и снизу (так пулемет стрелка их не доставал), летчик переворачивал самолет вверх тормашками, и из такой неудобной позиции экипаж вел огонь. Так они сбили несколько истребителей. И это при том, что основная задача штурмовиков - уничтожать наземные цели противника.

Отличился Леонид Игнатьевич и при освобождении Белоруссии, во время операции «Багратион». Шестерке советских «штурмовиков» было поручено разбомбить важный вражеский транспортный узел под Оршей, при этом сохранить 150 километров пути от уничтожения. Задание выполнили на «отлично». Уничтожен был не только эшелон с готовой отправиться на фронт техникой, но и «адская машина» - немецкий паровоз-путеразрушитель. В Москве это оценили. Все экипажи штурмовиков были награждены званиями … «Почетный железнодорожник» - как-никак не дали отступающим немцам разрушить железнодорожное полотно.

В октябре 1944 года Леонид Беда получил звание Героя Советского Союза, в том числе и за освобождение Белоруссии. А в июне 1945-го за бои в Восточной Пруссии заслужил и вторую звезду Героя. Дважды Героев у нас за всю историю всего 154 человека (в войну еще меньше), так что попасть в эту когорту избранных дорогого стоит. Любопытно, что эскадрилья капитана Беды была в полку одна из самых орденоносных.

Нелетная погода

Почти вся послевоенная биография Леонида Игнатьевича связана с Белоруссией. После окончания военной академии Генштаба командовал авиационной дивизией в Лиде, был первым замом командующего 26-й воздушной армией и, наконец, командовал всей авиацией Белорусского военного округа. В общем, прошел путь от курсанта до генерал-лейтенанта. Двое сыновей тоже пошли по его стопам, стали летчиками. Как вспоминает его сын и тезка Леонид, отец вне работы был азартным охотником, чуть меньше — рыбаком, грибником и автомобилистом.

Letchik_Beda-2.jpg

Он столько раз рисковал жизнью в небе во время войны, а погиб на земле в автокатастрофе в мирное время. В конце декабря 1976-го года, буквально накануне Нового года, в Белоруссии гостил младший брат кубинского лидера Фиделя Кастро – Рауль. Отдыхал вместе с семьей в Беловежской пуще. Улетал он с военного аэродрома Пружаны (следующим пунктом визита был Ташкент), поэтому там должен был присутствовать и командующий. Гостя проводили, а вот сами улететь не смогли – нелетная погода. Беда просил подождать: мол, скоро все наладится. Но высшее руководство поступило иначе. Решили ехать до Минска на машинах. Генерал сел в «Чайку» к председателю Президиума Верховного Совета Белорусской ССР Федору Сурганову. На полдороги автомобиль, догонявший основной кортеж, врезался в автобус, который проигнорировал указание «гаишников» остановиться. В «Чайке» выжил только водитель. Похоронен Леонид Беда на Восточном кладбище Минска.