Наверх
Страницы истории

22.02.2019

Автор: Александр Аннин

Цветные сны Прокудина-Горского. Часть первая

Основоположник цветной фотографии Сергей Михайлович Прокудин-Горский запечатлел в своем творчестве то далекое Отечество, «которое мы потеряли». Он оставил нам после себя великое наследство - сны о настоящей, неискаженной Руси, о просторах Поморья и Урала, Валдая и Смоленщины, а еще Витебска и Полоцка, Минска и Борисова, Дриссы и окрестных сел

В короткий срок – примерно с конца XIX века и вплоть до 1918 года – Сергей Михайлович Прокудин-Горский успел побывать в роли сотрудника («действительного члена») Демидовского дома призрения для бедных девочек, затем – могущественного директора правления сталелитейных и медеплавильных заводов в Гатчине, стал членом Русского Императорского Технического общества, Русского Географического общества. Был редактором созданного им журнала «Фотограф-любитель», профессором основанного им Петроградского Высшего Института фотографии. Он развил до совершенства технологию цветоделения, изобрел цветную кинокамеру, написал несколько книг и пособий по фото- и киносъемке. Создал акционерное общество фотохимии «Биохром». А, главное, совершил множество экспедиций по России – от Мурманска до Туркестана, от Минска до Урала, из которых привез тысячи фотопортретов эпохи. Спустя век перед нами - замершие мгновенья тогдашней жизни: бесхитростные крестьянские дети и умудренные жизнью путевые обходчики, брандмейстеры с бесстрашными «огнеборцами» и священники, старики и молодежь… И еще – величественные и воздушные храмы Руси и Беларуси, памятники и технические сооружения той поры, которых уж нет, которые сгинули в пучине лихолетья.
Читаешь биографию Прокудина-Горского и не можешь избавиться от ощущения, что человек этот постоянно куда-то спешил, хватался за все подряд, словно боялся опоздать, проморгать что-то в несущейся мимо него жизни. Будто все отведенное ему Богом время - денно и нощно - жаждал этот выходец из аристократической семьи настигнуть уходящий поезд, «догнать вчерашний день», как говорили наши предки. Вскочить на подножку вагона, запрыгнуть на борт корабля, подняться в небо со своим громоздким фотоаппаратом.
Откуда такая неугомонность, нетерпеливость и азарт? Почему торопился Прокудин-Горский? Может, врачи напророчили короткую жизнь? Да нет, со здоровьем у Сергея Михайловича вроде бы особых проблем не было – на дошедших до нас автопортретах этот подтянутый, спортивный мужчина, удивительно смахивающий на А.П.Чехова - бодр и свеж… И век ему был отмерян немалый – 81 год…
s1200.jpg

Большей части храмов и часовен, монастырей и скитов, сфотографированных Прокудиным-Горским, уже не существует


А, может, интуитивно Прокудин-Горский чувствовал: скоро конец всему, на что направлен его объектив? Он называл фотографию «искусством протокола», значит - успевай, брат, «запротоколировать» для грядущих поколений то, что вот-вот превратиться в сон, в небытие. Что это - предвидение надвигающихся катастроф? Такое случается с теми творцами, кто получил благословение свыше. И Сергей Михайлович, как показало время, был одним из таких избранников.
Большей части храмов и часовен, монастырей и скитов, сфотографированных Прокудиным-Горским, уже не существует – во всяком случае, в том виде, в каком они представлены на его цветных фотографиях. А, значит, вместе с ними ушел и органичный, особый облик городов и деревень, рек и лесных просторов. Ушла частица души из людских поселений, снятых Прокудиным-Горским – ведь она, душа эта, жила в церквушках и монументах, общественных зданиях и придорожных ротондах…
4.jpg

Вид города Полоцк

«ПРОКАЗНИК» С КУЛИКОВА ПОЛЯ
Сергей Михайлович совершил экспедицию по городам и селам Беларуси в 1911-12 годах, когда страна готовилась отпраздновать 100-летие Отечественной войны 1812 года. Прокудин-Горский поставил перед собой задачу: посетить все места Российской Империи, связанные с той кампанией, и создать цветной альбом фотографий. Что-то из задуманного удалось воплотить, что-то – нет. Никто фотохудожника не подгонял, обязательствами не связывал – Прокудин-Горский совершал свое делание по прямому благословению царя и потому ни перед кем не отчитывался, кроме самого государя.
Здесь, пожалуй, следует все-таки сказать несколько слов о личности и родословной «баловня судьбы», каковым Сергея Михайловича именовали некоторые петербургские знакомые. Так откуда он, чьих корней?
Будущий гений русской фотографии появился на свет 18 (30) августа 1863 года в родовом имении Прокудиных-Горских – Фуниковой Горе. Собственно, от этой-то «горы» и происходит вторая часть фамилии помещиков – Горские. О многом в истории рода говорит и странное имя «Фуник» - оказывается, по утверждению знатоков старины, это, в просторечии, уменьшительное от «Афанасий». Что же за Афанасий дал название имению?
Согласно семейному преданию, во времена Дмитрия Донского некий татарский князь принял православие, крестился в Афанасия (Фуника) и перешел на службу в Московское государство. Более того: выступил против своих соплеменников в составе Дмитриевой дружины на Куликовом поле. За это князь московский пожаловал крещеному татарину землю и крестьян, и стало имение называться Фуникова Гора (ныне – в Киржачском районе Владимирской области).
1.jpg

Автопортрет


Внук или правнук легендарного Фуника за некие особенности своего поведения получил прозвище «Прокуда» - то есть озорник, проказник. Так появились Прокудины-Горские.
В юношеском возрасте Сергей Михайлович, судя по всему, не особенно радовал родителей целеустремленностью и твердой поступью на пути к намеченному. Нет, совсем даже не твердой была эта поступь, а прямо-таки – шаткой, вихляющейся. Отец, отставной офицер Тифлисского гренадерского полка, устроил недоросля в Императорский Александровский лицей (наследник знаменитого Царскосельского лицея, переехавшего в Петербург). Но юноша бросил колыбель Пушкина, недоучившись. Потом был вольным слушателем то в Петербургском университете (физмат), то – в Военно-медицинской академии, которую также бросил. Пытался учиться живописи в Императорской Академии художеств – безуспешно. Ну не мог этот мечтатель найти себя в жизни, что тут поделаешь!
Не вышло учиться – будем жениться, решил Прокудин-Горский, и вот тут у него все сложилось удачно. В 1890 году, в 27-летнем возрасте, он обвенчался с 20-летней Анной Лавровой, дочерью Александра Лаврова - хозяина гатчинских колокольных, медеплавильных и сталелитейных заводов. Тесть сразу поставил зятя на должность директора своего концерна.
2.jpg

Ушла частица души из людских поселений, снятых Прокудиным-Горским

Трудно сказать, каким был Прокудин-Горский администратором, но научно-исследовательские лаборатории на предприятии он посещал исправно. Заинтересовался химией, а попутно – увлекся входившей в моду фотографией. Для «повышения квалификации» Сергей Михайлович едет в Европу, а в 1900 году его фотографии (пока – все еще черно-белые) демонстрируются на Всемирной Парижской выставке. Он все чаще и чаще выступает с сенсационными докладами в Императорском Русском Техническом обществе, Географическом обществе – и там, и там Прокудин-Горский принят в действительные члены. В 1898 году Сергей Михайлович шокирует научную общественность своим феноменальным докладом «О фотографировании падающих звезд» - это приносит ему европейскую известность. Правда, пока – в узких кругах.
3.jpg

Работа Прокудина-Горского


В 1901-м он открывает фотомастерскую на Большой Подьяческой, 22 в Петербурге – этот дом и квартира сохранились доныне. Здесь же чуть позже Прокудин-Горский начнет выпускать свой журнал «Фотограф-любитель». Надо полагать, примерно тогда же он окончательно расстается с директорской должностью на заводах тестя. А жена его, Анна, между тем, производит на свет одного за другим троих детей: Дмитрия, Екатерину и Михаила – сыновья с годами станут верными помощниками и продолжателями дела своего выдающегося отца.
Жадный до новых знаний, Сергей Михайлович в 1902 году отправляется в Германию, где обучается у самого «продвинутого» теоретика и практика фотографии тех времен – Адольфа Мите. Этот технарь и химик уже предложил человечеству идею цветной камеры и проектора для демонстрации цветных фотографий. Подхватив мысль своего учителя и никогда не забывая ссылаться на его разработки, Прокудин-Горский идет еще дальше: совершенствует принцип цветоделения, используя различные цветовые фильтры при съемке и проецировании кадров со стеклянных пластин. Да, это пока еще далеко не бумажные фотокарточки в цвете, но экспериментатор – на верном пути! И он чувствует это, отдавая все силы и время оптическим и химическим опытам.
(продолжение следует)