Наверх

Великий просветитель из Турова

17 июня, в день православного празднования Собора Белорусских святых, верующие вспоминают подвижников, воссиявших в Белой Руси за все времена христианства. В их числе – один из самых первых полесских святых, небесный покровитель города Турова, святитель Кирилл Туровский.

Ныне этот городок, что на реке Припять – совсем небольшой: меньше трех тысяч жителей. А когда-то, во времена Крещения Руси, был Туров столицей сильного княжества, для которого даже нашлось место в «Повести временных лет». Под 980 годом читаем: «Рогволод перешел из-за морья и держал власть свою в Полоцке. А Тур держал власть в Турове, от него же и туровцы прозвались». Примерно через восемь или девять лет жители тех мест приняли святое крещение по княжьему велению Владимира Святого.

Сегодня православные паломники и просто любознательные туристы едут в Туров главным образом затем, чтобы поклониться знаменитым Туровским крестам, свидетелям прихода веры христианской на землю Беларуси. Предание гласит, что эти кресты сами приплыли сюда из Киева по воде: сначала по Днепру, затем – по Припяти. А отправил их в путь сам князь Владимир. Туровские кресты вполне можно назвать не просто свидетелями тысячелетней истории православия, но свидетелями «живыми». Ведь каменные кресты в буквальном смысле «растут» из земли, увеличиваясь и в высоту, и в ширину. Что, конечно же, вызывает огромный интерес - как среди ученых, так и среди многочисленных туристов.

История этих крестов мистическим образом, через поколения, связана с судьбой небесного покровителя Турова, Полесья и всей Беларуси. Ведь свой духовный подвиг этот святой начал в Борисоглебском монастыре Турова. А при нем-то, собственно говоря, и располагалось кладбище, на котором ныне можно увидеть «растущие кресты». Взаимосвязь эта прослеживается и на Замковой горе, что в Турове. С 1993 года гостей Полесья привлекает величественная скульптура, установленная на этой горе: семиметровый памятник святителю Кириллу Туровскому. Он сделан из бетона и «одет» медью. На фоне каменного креста, удивительно напоминающего тот, что растет из земли на Борисоглебском кладбище, возвышается благообразный, богодухновенный старец с книгой в руке. На книге – крест… Скульптура выражает подвиг епископа Кирилла как выдающегося просветителя, проповедника и учителя, воссиявшего в этих краях почти девять веков назад.

«Почву» для возрастания такой выдающейся личности, как Кирилл Туровский, подготовили несколько поколений первых здешних христиан. В 1005 году в Турове возникла одна из первых на Руси церковных епархий. Появилась она благодаря усердию сына Владимира Крестителя, туровского князя Святополка, прозванного впоследствии Окаянным (как считают многие историки, совершенно напрасно, ибо никакой причастности к убиению своих братьев Бориса и Глеба князь Святополк, согласно новейшим исследованиям, не имел).

Примерно к тому же времени – началу XI века – относится и самая первая книга Белой Руси – рукописное Туровское Евангелие. Так что, надо полагать, край этот развивался в духовном плане стремительно и неуклонно. Есть сведения, что грамотность в Турове была на высоком уровне уже десять веков назад, а богатые люди даже имели домашние библиотеки. Существовало обширное по тем временам книжное собрание и в Борисоглебском монастыре Турова – эта обитель была возведена в честь первых общерусских святых Бориса и Глеба на рубеже XI-XII веков. Кстати, многие местные жители до сих пор верят старинному преданию, согласно которому на монастырском кладбище были похоронены в 1015-1017 годах и сами братья-страстотерпцы - Борис и Глеб.

В общем, святому Кириллу, родившемуся в Турове примерно в 1130 году, были предоставлены хорошие возможности для духовного образования и монашеского «делания»: родители его были весьма богаты, начитанны и благочестивы, а монастырь – вот он, пожалуйста. И с юных лет Кирилл выбрал для себя самый прямой и надежный путь: служение Богу, Церкви и людям. В чем, конечно, ему с готовностью помогали отец и мать, не жалевшие сил и средств на самые лучшие книги и наиболее сильных преподавателей. Кирилла обучали всем без исключения тогдашним наукам, в том числе - латыни и греческому. Причем педагоги были не только местные, но и приглашенные из Византии.

Есть сведения, что Кирилл сделал окончательный жизненный выбор, когда умер его отец. Надо было вступать во владение имуществом… И в тот момент будущий епископ решительно отказался от наследства, принял монашеский постриг в Борисоглебском монастыре. Случилось все это в 1161 году, когда Кириллу уже перевалило за тридцать – по тем временам солидный возраст, время остепениться и стать мудрым. Кирилл усердно постился и молился, изучал монастырскую библиотеку. Как пишет автор его жития, «стремясь к большему подвигу, он ушел в затвор на столп и прожил там некоторое время, работая в посте и молитвах, написал здесь многие Писании божественные».

Ему поручено было составлять «поучения» для монашествующих: был в то время такой жанр литературы. В дошедших до нас духовных назиданиях Кирилла Туровского можно прочитать, что святой учил иноков полному послушанию. По словам автора, монах, который выходит из повиновения игумену, не исполняет своего обета, а значит, и подвиг его монастырский напрасен.

Сочинял Кирилл и притчи – эта форма повествования была понятна и близка простому народу. Наиболее известна его «Притча о слепом и хромом», в которой рассказывается, как два незадачливых калеки решили обворовать виноградник. А ведь жизнь их до той поры была беззаботна: богатый хозяин, сжалившись над убогими, поручил им сторожить виноградник за достойную плату и кормежку… Нет, не выдержали соблазна, не утерпели! Согласитесь, в судьбе каждого человека, причем вполне здорового и сильного, бывают подобные искушения. И ничем хорошим они не заканчиваются, согласно поговорке: не ищи от добра добра.

Конечно, богословы XII века особенно ценили фундаментальные труды Кирилла, составленные им во время своего иночества в Борисоглебском монастыре. Такие, как «Ска­за­ние о чер­но­риз­ском чине от Вет­хо­го За­ко­на и от Но­во­го». Будучи монахом, Кирилл пребывал в затворе, не покидал келью, где «мно­га Бо­же­ствен­на Пи­са­ния из­ло­жи». Когда пришла пора избрать епископа на Туровскую кафедру, выбор пал на Кирилла.

В биографии святителя есть один весьма важный и в то же время - любопытный момент: его участие в киевском церковном соборе 1169 года. Запомнился этот православный конгресс тем, что осудил - и предал на истязания - владимирского епископа Феодора, который с позволения князя Андрея Боголюбского проводил линию на создание Владимиро-Суздальской митрополии, не подчиняющейся Киеву. Как известно, в том же 1169 году войска Андрея Боголюбского подвергли Киев жестокому разорению.

Но был в регламенте того собора весьма примечательный пункт: празднование 200-летия со дня упокоения святой равноапостольной княгини Ольги. Представляете? Оказывается, тяга к торжественному «отмечанию» славных дат была характерна и для наших далеких предков. Вот откуда пошла традиция всевозможных юбилеев! Тогда, в 1169-м, в честь святой княгини Ольги были проведены своеобразные литературные чтения – разумеется, богословского и духовно-нравственного характера. Одним из почетных ораторов стал епископ Кирилл Туровский – он прочитал доклад о роли святой Ольги в становлении православия на Руси, а возле ее золоченой раки в Софийском соборе впервые огласил сочиненный им канон святой равноапостольной Ольге. И еще - выступил перед собравшимися епископами и власть имущими с поучениями о правильном понимании христианской жизни. Были перед тем отправлены Кириллом Туровским и письма с вразумлениями к князю Андрею Боголюбскому, но… Разгром Киева все же случился, хоть сам владимирский князь и отказался возглавить полки, послал сына своего Мстислава.

Святитель Кирилл благополучно вернулся в Туров, к своей пастве. Он немало сделал для нее за время своего епископства. Например, в повседневной жизни прихожанам очень помогала книга Кирилла Туровского с пояснениями к главным церковным праздникам – он специально написал так называемые «слова» к годичному праздничному кругу. В общем, свой дар книжной премудрости епископ щедро раздавал современникам. Уже при жизни Кирилла Туровского его сравнивали с Иоанном Златоустом. Так и говорили: «Кирилл – наш Златоуст». При этом всеобщем почитании его талантов, святой отличался не слишком свойственной для той эпохи скромностью. О себе он смиренно говорил: «Я не жнец, а со­би­раю ко­ло­сья; я не ху­дож­ник в книж­ных де­лах». И всегда подчеркивал, что как бы ни были хороши духовные книги, они не могут заменить посещения храма Божьего.

Творения святого Кирилла были так же популярны в современном ему обществе, как и рукописные сборники великих отцов Церкви. К сожалению, многие богословские и литературные произведения Туровского святителя утрачены. Но и те, что дошли до нас, говорят о многом. В сочинениях епископа есть и глубина содержания, и высокая духовность, и литературное мастерство. Исследователи считают, что Кирилл в совершенстве овладел наукой толкования Священного Писания. Он сочетал яркую образность с изысканной стилистикой и художественностью слов. При этом, что особенно важно для понимания этой личности, Кирилл Туровский не только кратко цитировал заветы - он дерзал даже домысливать их, что применительно к кому-либо другому назвали бы не иначе, как отсебятиной. Но святому Кириллу удавалось добиться полного и гармоничного изложения библейских эпизодов с помощью «домысливания». В результате получалось яркое художественное произведение, одобряемое церковным начальством.

Смелость епископа проявлялась еще и в том, что в своих трудах он использовал не только христианские тексты, но и сюжеты из других вероисповеданий. Например, его притча «Беседа императора с раввином» имеет в своей основе Вавилонский Талмуд. И – надо же! - никто не преследовал Кирилла за такие «вольности». Это говорит о том, что Православная Церковь в те годы отнюдь не была мракобесной, «упертой». И произведения Кирилла Туровского «проросли» в жизнь многих поколений белорусов: молитвы, написанные им, впоследствии печатались Иваном Федоровым и Петром Мстиславцем в «Евангелии учительном» (Заблудов1569 год), в сборнике «Молитвы повседневные» (Вевис1615Вильно1635) и других популярных изданиях XVI-XVII веков.

Литературное дарование Кирилла Туровского было столь велико, что долгое время он именовался многими исследователями - ни много ни мало! - автором «Слова о полку Игореве». Эта версия бытует среди некоторых специалистов и по сей день, хотя официально признана маловероятной.

Святитель Кирилл – один из тех святых, что почитаются не только православными, но и греко-католиками. Ведь на туровской земле еще со времен князя Святополка было значительное влияние латинского обряда: так, первую церковь здесь возвели именно как римо-католическую. А совсем недавно, в 2016 году, в Лондоне был возведен уникальный по своей архитектуре униатский храм в честь Кирилла Туровского. Этот храм – деревянный, что для британской столицы диковина. Ведь последняя из всех предыдущих деревянных церквей Лондона сгорела ровно за 350 лет до этого – при чудовищном пожаре 1666 года. Что ж, теперь есть новая церковь, и посвящена она великому белорусскому подвижнику благочестия.

Церкви во имя Кирилла Туровского также совершают богослужения в Нью-Йорке и Торонто. Конечно, православные храмы в честь этого почитаемого святого есть и в Беларуси: в Минске, Турове, Светлогорске. А в столице республики его имя носит Минская духовная академия. Там же, в Минске, возле Белорусского Государственного Университета в 2001 году был установлен памятник Туровскому святителю. Бронзовая скульптура Кирилла Туровского в 2004 году воздвигнута в Гомеле, в одном из театральных скверов города.

И на всех своих памятниках святитель Кирилл предстает либо с книгой, либо – со свитком в руке. Это – знак признательности святому со стороны потомков, как одному из столпов белорусской письменности, литературы… Да и белорусской культуры в целом.   

Александр АННИН