Наверх

08.02.2021

Автор: Полина РУСАК

Фото: https://fondmira.by

По зову родной земли

8 февраля исполняется сто лет со дня рождения Ивана Павловича Мележа, народного писателя Беларуси, создателя эпического цикла романов о белорусском Полесье

В памяти миллионов соотечественников он остался благодаря не только своим замечательным книгам, но и как совершенно особый человек - самородок, чей литературный дар ещё с юности отметил Кузьма Чорный, новобранец - из тех, кто в 41-ом принял свой первый бой, писатель – реалист, произведения которого не раз были подвергнуты цензуре. А ещё Ивана Павловича отличала редкостная преданность своей стране, особое чувство перед «матерью, батькой, родной землей», которое он пронес в себе как чувство сыновьего долга.

Будучи уже состоявшимся писателем, он не раз подчеркивал, отвечая на вопросы корреспондентов: «Я родился и вырос в Полесье. Это поистине удивительный край, и ещё более удивительны его люди – полешуки... Я сутками мерз в окопах, а перед моими глазами стояло мое жаркое Полесье. Я месяцами валялся в госпиталях – у моего изголовья стояли полешуки. Я писал роман о войне – они стояли за моими плечами, волнуя мое воображение». И можно было бы порадоваться такой счастливой писательской доле, самой судьбой дарованному неиссякаемому источнику вдохновения, если бы не знать, какую цену пришлось заплатить за все это.

Полесский «робинзон»

Деревня Глинище, Хойникский район Гомельской области – отсюда берут начало житейские и литературные пути-дороги будущего писателя. Все началось 8 февраля 1921 года, когда в семье крестьян Павла Федоровича и Марии Денисовны Мележей родился мальчик, которого нарекли Иваном. Как и большинству его сверстников, ему было уготовано непростое детство, ещё более тяжелые – отрочество и юность.

Пока отец в стремлении заработать живую копейку ремесленничал по «жестянке», в работу по хозяйству втягивались его дети. Иван помогал семье сызмальства – с пяти лет был пастухом, год от года меняя только род своих «подопечных» - от гусей и хрюшек до лошадей. В таком времяпрепровождении были, впрочем, свои плюсы: тесное общение с земляками, примеры их бескорыстия, доброты и мудрости оборачивались для паренька первыми уроками жизни, а душа раскрывалась навстречу прекрасному – природе родного края. Иван рано научился читать и писать, он отличался способностью к математике. В средней школе, в Хойниках, Мележ вообще слыл первым учеником, наделенным множеством талантов, – он участвовал в школьных спектаклях, писал стихи, рисовал, увлекался русской классикой…

Неудивительно, что десятилетку в 1938 году Иван окончил с золотой медалью, мечтая и дальше продолжить свои «университеты». Но первая попытка поступить в вуз в Москву закончилась неудачей, и юноша на целый год остался работать в Хойниках, в местном райкоме комсомола. Эту паузу тоже можно было расценивать как подарок судьбы, ведь он действовал в непосредственном контакте с людьми, наблюдал за тем, что движет их рассуждениями и поступками. Мележ много ездил по деревням и местечкам края, приобретал опыт, так необходимый для мастерства будущего летописца и рассказчика. А вскоре сбывается и его мечта: Иван становится студентом Московского института истории, философии и литературы.

Со студенческой скамьи да в… полымя

Отпочковавшийся от МГУ в начале 30-х МИФЛИ современники называли прибежищем гениев, ибо там, по некоторому определению, на одном квадратном метре полезной площади их было больше, чем в любом другом московском вузе. И действительно, в свое время учебой в МИФЛИ отметились такие мэтры, как Константин Симонов, Александр Твардовский, Юрий Левитанский… В 1939 году первокурсником института «флирта и любви», как в шутку ещё ИФЛИ называли, стал и уроженец Гомельщины Иван Мележ. Но, увы, ему так и не удалось вкусить всех прелестей студенческой жизни в столице. Да и вообще его юность как-то разом оборвалась: вначале были призыв в Красную Армию и походы в Бессарабию и Северную Буковину, где ещё летом 1940 года в воздухе «пахло грозой»… Ну, а потом началась Великая Отечественная, с первых дней которой артиллерист Иван Мележ участвовал в боях у юго-западных границ Советского Союза.

Воинская часть, где он служил, после интенсивной бомбежки врага, понеся огромные потери, была вынуждена тяжело и долго отступать. В декабре 1941-го Мележ получил первое ранение. После выздоровления его направили на курсы политработников, где он учился с февраля по май 1942 года. По окончании учебы новоиспеченный военкор был откомандирован в 51-ю стрелковую дивизию сотрудником армейской газеты. А летом того же года в бою под Ростовом Мележа снова тяжело ранили – осколком снаряда ему раздробило правое плечо. Врачи настаивали на ампутации, и только благодаря хирургу-умельцу руку удалось спасти. Это был как знак свыше. Впрочем, в период долгой реабилитации по госпиталям Мележ исхитрился побыть левшой: именно так он написал свой первый рассказ «Встреча».

С «Тихим Доном» за плечами

Комиссованному инвалиду полагался отпуск. Иван поначалу даже не представлял, куда ему податься и что предпринять. Белоруссия продолжала оставаться под игом оккупантов, и он даже в самом страшном сне не мог представить, что его родную деревню ещё в 41-ом фашисты сожгли дотла. Он решает ехать в Оренбургскую область, в Бугуруслан, бывший тогда одним из крупнейших пунктов эвакуации. И хоть следов родственников там не найдет, отыщет свою судьбу – в лице дочери хозяйки дома, в котором квартировал. Её звали Лидой Петровой. Вот как она сама впоследствии описывала представшего перед ней незнакомца: «...обратил на себя внимание своей бледностью, худобой, странной одеждой: широкие черные матросские брюки и солдатская гимнастерка. Рука, согнутая в локте, лежала на марлевой повязке. Светлые, выгоревшие волосы слегка вились и требовали стрижки. Полупустой вещмешок за плечами. Потом я узнала, что там были всего лишь три тома «Тихого Дона». Ходил он всегда быстро, несколько наклонившись вперед из-за больной руки. Вечерами что-то писал левой рукой, отмечал на карте СССР сводки Информбюро…». В свою очередь, Иван Павлович тоже сразу обратил внимание на девушку, отметив в дневнике, что «Лидия – особенная. Нужно к ней внимательно присмотреться».

Молодые расписались в апреле 1943 года – к тому времени они переехали на жительство в подмосковную Сходню, где базировался находившийся в эвакуации Белорусский государственный университет. Иван, всеми силами стремившийся завершить свое образование, заочно учился в вузе и здесь же преподавал на военной кафедре. Как только пришла радостная весть, что наконец-то освобожден Минск, Мележи в составе института отправились в родную Беларусь. Диплом об окончании филологического факультета БГУ Иван Павлович получил в Минске в 1945-ом.

Первые послевоенные годы писателя были сопряжены с учебой в аспирантуре и работой над целым рядом литературных трудов – рассказами, очерками, эссе.

В думах о Полесье

Печататься Иван Мележ начал довольно рано. Еще в 1933 году 12-летним подростком он участвовал в конкурсе журнала «Искры Ильича» - на лучший рассказ по рисункам под названием «Приключения на границе». Его сочинение тогда было признано одним из лучших. Эту маленькую победу сам автор позже назвал «первым своим писательским успехом, первой авторской радостью». В 1939 году в «Чырвонай змене» было напечатано первое стихотворение Ивана Мележа - «Родине», а перед самой войной его стихи появлялись на страницах газет «Лiтература i мастацтва», «Бальшавiк Палесся» и других. Находясь на лечении в тбилисском госпитале, Иван Мележ начал писать первые рассказы о войне, которые с успехом публикуются в союзных и республиканских средствах массовой информации. Первый его сборник на белорусском языке - «У завiруху» («В метель») высоко оценил Кузьма Чорный. Классик призвал 25-летнего автора и далее следить «за психологическим обоснованием человеческих поступков».

За характерной «мележевской» строчкой уже тогда можно было разглядеть глубокие раздумья писателя над судьбами миллионов простых людей, их роли в истории родной страны. С каждым годом писателю прибавляло вдохновения и сил, он чувствовал свое право говорить от лица народа, не кривя при этом душой, не идя на поводу у времени. Многие его произведения цензура отправляла «на полку», так, роман «Минское направление» из-за каких-то двух «неприемлемых» фраз пролежал в издательстве больше года. Когда книга все же вышла, Иван Павлович, по словам жены Лидии Яковлевны, не мог работать несколько лет.

А вот засев в 1956 году за написание своего главного детища – эпопеи «Полесские хроники», Мележ испытал невероятное удовольствие. Он словно понял, что «писать в первую очередь надо о том, что особенно дорого душе, что ее волновало и волнует – что стало частью твоей личной биографии». Именно поэтому в этом произведении писатель смог с полной силой проявить свой талант. Цикл полесских романов открыли в 1961-м году «Люди на болоте». Через пять лет была завершена часть под названием «Подых навальнiцы» («Дыхание грозы»). И ещё на целое десятилетие растянулась работа над романом «Завеi, снежань». За эту работу Иван Мележ был удостоен Ленинской премии.

Писатель планировал написать ещё две части своей баллады. Но в августе 1976-го, в возрасте 55 лет, его не стало.