Наверх
Актуальный комментарий

16.06.2020

Автор: Максим ЧИЖИКОВ

Фото: ТАСС

Игорь Иванов: Нам нужен серьёзный разговор на высшем уровне. Не эмоциональный, а предметный

Президент Российского совета по международным делам, экс-министр иностранных дел РФ выступил на экспертной сессии «Россия и Беларусь: будущее после пандемии»

В работе прошедшей 4 июня экспертной сессии «Россия и Беларусь: будущее после пандемии», организованной Ассоциацией внешнеполитических исследований имени А. А. Громыко при поддержке Постоянного комитета Союзного государства, принял участие экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов. Именно он возглавлял МИД РФ в тот момент, когда был подписан Союзный договор. Тем интереснее было услышать его мнение о нынешнем состоянии российско-белорусских отношений. Мы приводим его выступление с незначительными сокращениями.

– Я считаю, что на обсуждение вынесены очень важные вопросы. Позволю высказать соображения по первому пункту повестки, касающемуся сохранения и развития Союзного государства. Считаю, что это принципиальный вопрос. Если мы сможем найти на него правильный ответ, отвечающий всем современным реалиям, то, думаю, все остальные вопросы по отдельным областям экономического, научного, технологического сотрудничества нам будет проще решать.

Я хорошо помню, в какой обстановке шла работа над договором о создании Союзного государства. Это была довольно острая борьба между различными точками зрения, различными группами интересов, особенно она была мне заметна в Москве. И, тем не менее, нам удалось выйти на этот договор. Хотя совершенно очевидно, что, когда в условиях борьбы вырабатывается тот или иной документ, стороны идут на компромиссы, на формулировки, которые имеют неоднозначное прочтение. И это не только опыт отношений с Беларусью, есть и другие такие примеры. По мере того, как ты продвигаешься в рамках реализации того или иного документа и чем выше степень интеграции, тем больше те недосказанности и те компромиссы, которые закладывались при подписании документа, постепенно дают о себе знать.

Конечно, за 20 лет мы прошли большой путь в формировании основ Союзного государства. И всё же, когда возникают проблемы, каждая сторона по-разному трактует договор. Скажем, говорилось о Параде Победы в Беларуси. Но это же суверенное право наших белорусских друзей – проводить его и как это делать. То же самое – какие выбирать формы борьбы с пандемией. В Евросоюзе никто никому больших претензий не высказывал, как они решают эту проблему. Хотя, как мы видим, в Греции – один подход, в Германии – другой.

О чём это говорит? Мы должны, решая наши конкретные вопросы, признать, что за 20 лет мы пока не смогли выработать такую модель отношений между нашими странами, которая бы строилась на чётко выверенном балансе интересов, без ущерба для национального суверенитета, без противопоставления двусторонних отношений другим приоритетам внешней политики наших сторон.

Обе страны – и Россия, и Беларусь – декларируют многовекторность внешней политики. Но ведь эта многовекторность вовсе не означает, что векторы должны во всём и всегда совпадать. Отвечая на вопрос, что нужно для сохранения и развития Союзного государства, я считаю, что нам нужен серьёзный разговор на высшем уровне. Не эмоциональный, а предметный: какую конечную цель интеграции мы ставим? Недавно, встречаясь с послами Евросоюза и обсуждая будущее наших отношений, мы говорили о том, что часто использовали в нашем лексиконе дорожные карты: давайте их подготовим. Но когда мы готовим дорожные карты, всегда должны всегда знать, какая точка назначения, куда мы должны прибыть.

С Евросоюзом в начале нынешнего века мы понимали, куда мы идём. У нас была стратегия, куда мы движемся. Мы понимали, что Россия вряд ли в обозримом будущем станет полноправным членом Европейского союза. Вместе с тем мы ставили задачу развивать и расширять политическое, экономическое и иное сотрудничество с Европой. Вот тогда и родилась идея о формировании четырёх общих пространств, которую мы стали совместно реализовывать. И добились значительных результатов в этом направлении. Потом мы потеряли этот ориентир, и та динамика развития отношений, которая начала выстраиваться, стала буксовать, а потом вообще остановилась.

Мы находимся сейчас в таком положении, когда должны взглянуть по-новому на всю реальность двусторонних отношений, нашего места в мире. Поэтому, когда я говорю, что требуется глубокий политический диалог между нашими странами, это не значит, что кого-то надо критиковать и кто-то совершил ошибки. Динамика жизни такова, что изменились наши страны, изменилось наше восприятие и себя, и мировых процессов. Поэтому это требует серьезного диалога.

Почти 20 лет назад мы подписали договор о дружбе и сотрудничестве с Китаем, и вот по прошествии времени тоже встает вопрос: требуется адаптация наших отношений к современным реалиям. Кто-то говорит, что нам нужно перейти на новый уровень союзнических отношений. Кто-то считает, что это не отвечает нашим интересам. Кто-то - что наши отношения уже переросли союзнические. И такой же принципиальный разговор необходим между Россией и Беларусью.

Мы идём вместе в многосторонние интеграционные процессы на евразийском пространстве или мы каждый решаем свою проблему? Мы идём параллельно или добиваемся результатов, которые, прежде всего, отвечают нашим общим интересам? Если такая стратегическая цель будет определена, то и не будет тогда различных спекуляций, которые, к сожалению, время от времени появляются. Как бороться с фейковыми сообщениями? Прежде всего, ясной политикой.

Международный контекст меняется. Тут может быть и 5 выводов, и 25. Мы должны сформировать наши приоритеты и ориентироваться в первую очередь на евразийское пространство в силу географии и наших возможностей. И если на этом направлении мы будем координировать наши интересы, хотя наши министерства иностранных дел и так работают в очень тесном взаимодействии, то можем серьёзно выиграть от такого сотрудничества.

Затрагивался аспект об экспертных оценках. Я участвую во многих международных экспертных форумах и должен сказать, что довольно сложно пробивать те или иные инициативы экспертного сообщества. Эта проблема есть везде, но это не значит, что мы не должны работать. Мне кажется, что наша работа должна быть сконцентрирована на двух направлениях. С одной стороны, анализ текущих проблем и рекомендаций по их преодолению.  В частности, с китайскими партнерами мы ежегодно готовим доклад о том, где мы находимся, что нам удалось сделать за этот год, а что нет, как мы выполнили договорённости на высшем уровне. При этом мы даём совместную оценку, которая направляется в соответствующие институты власти.

И, конечно, анализ перспектив: в каком контексте мы живём, какие векторы движения сегодня могут наиболее отвечать национальным интересам?

Мы часто говорим о проблемах, но огромное достижение - что нам удалось сохранить очень дружественные отношения между народами наших стран. Это особенно ценно и важно, когда видишь в мире примеры не такого положительного характера. Решая те или иные задачи, мы должны понимать, как это повлияет на жизнь в наших странах.