Наверх
Актуальный комментарий

14.02.2020

Автор: Подготовил Валерий ЧУМАКОВ

Фото: Фото автора

Россия стала опасным коммерческим конкурентом США на международном уровне. Часть 1

На I Российско-европейском семинаре «Россия и Европа: инновационные перспективы экономического сотрудничества» Председатель Совета директоров АО «Банк Интеза», Президент Ассоциации «Познаём Евразию» профессор Антонио ФАЛЛИКО рассказал о своём видении введённых в отношении России санкций и об их возможных последствиях

В Москве, в Конгресс-центре Торгово-промышленной палаты РФ, прошёл организованный ТПП РФ и итальянским банком Интеза семинар «Россия и Европа: инновационные перспективы экономического сотрудничества». Одним из главных событий этого форума стало выступление председателя Совета директоров АО «Банк Интеза», президента Ассоциации «Познаём Евразию» профессора Антонио ФАЛЛИКО. Мы публикуем его речь без сокращений.

«Красная нить социальной приверженности ассоциации «Познаем Евразию» состоит из здравого смысла и простой идеи, что экономическая и предпринимательская деятельность, создающая богатство и благосостояние для всех людей, даже если, к сожалению, она не равная, является гарантией мирного и гражданского сосуществования на международном уровне.

К сожалению, сегодня, на этапе структурного кризиса экономического неолиберализма и идеологического постмодернизма, экономика оказывается подчиненной политике. Ведущие страны этого бурно-капиталистического развития, где абсолютным владыкой является саморегулирующий и саморегулирующийся рынок – то есть Соединенные Штаты, Япония, Европейский Союз – реагирует некорректно, незаконно и даже с использованием силы на реалистическую перспективу многополярного миропорядка, в основном востребованного Китаем, Индией и Россией, которые в настоящее время играют ведущую роль во всем мире как для экономического и социального развития, так и для реального и постоянного обеспечения безопасности.

Как это ни парадоксально, сегодня страна, которая исторически была инициатором радикального экономического либерализма, стала горячим защитником антиисторического и грубого протекционизма; в то время как страны, которые в прошлом опутаны плановой и зачастую самодостаточной экономикой, стали сторонниками свободы международного обмена, ссылаясь на правила Всемирной торговой организации.

Глубокой причиной антироссийских санкций, даже если объявленные предлоги совсем иные, является попытка воспрепятствовать развитию и взлету российской экономики, поскольку Россия стала опасным коммерческим конкурентом на международном уровне. Россия в 1990-х годах превратилась в экономического карлика и, согласно сторонникам санкций, должна была остаться таковым, ибо они особенно опасаются нового экономического и политического веса, приобретенного Москвой за последние два десятилетия. Санкционная практика не достигла своих целей, особенно в ущерб именно тем странам, которые ее навязали. Если бы санкции не были введены, товарооборот между Россией и ЕС мог достичь 500 миллиардов долларов США, что сопоставимо с объемом торговли между Европейским союзом и США или Китаем.

Стратеги антироссийской фобии, вероятно, не могут смириться с успехами, достигнутыми Российской Федерацией на международном уровне в 2019 году. Она предотвратила международную изоляцию, которой Запад угрожал в 2014 году. Спустя четыре года после начала участия России в Сирийской операции она стала наиболее важным внешним игроком на Ближнем Востоке. В эту операцию РФ внесла существенный вклад для достижения целей, которые казались недостижимыми, а именно - значительно снизить интенсивность военных действий и боевых разрушений. Вместе с партнерами она укрепила Шанхайскую организацию сотрудничества, продвинула форматы БРИКС+ и РИК (Россия, Индия и Китай) и развила совместные действия между Евразийским экономическим союзом и Инициативой «Один пояс один путь». У России будет возможность еще больше укрепить свою руководящую роль, расширив «портфели проектов» стран БРИКС и ШОС при проведении их саммитов в 2020 году. Кроме того, отношения между Россией и Китаем, несмотря на скептицизм некоторых западных столиц, глубоко стратегичны во всех областях и стали движущей силой в системе международных отношений. Более того, Москва совершила качественный скачок в отношениях с Африкой, прежде всего после российско-африканского саммита, который состоялся в Сочи в октябре прошлого года.

В этом году исполняется 75 лет со дня окончания Второй мировой войны. Рассуждая объективно, мы отмечаем, что страны, победившие нацифашизм в 1945 году, несмотря на их глубокое несогласие по многим вопросам, касающимся глобального развития, тем не менее, смогли найти согласие относительно не только правил игры в мире, но и создания целой системы международных институтов для обеспечения глобальной и региональной стабильности.

И все же, зачастую историческая память теряется. Несмотря на очевидные неудачи, систематически делегитимируя Всемирную торговую организацию, США расширяют практику новых все более разнообразных ограничений в торгово-экономическом сотрудничестве, и, я бы сказал с некоторой иронией, адаптированных к клиенту.

Год назад мы были только в начале торгового конфликта между США и Китаем. Сегодня это стало основным фактором, влияющим на рынки и глобальное экономическое развитие, которое, как мы знаем, на ближайшие два года обречено на сокращение. С приближением президентских выборов в США, для очевидных избирательных целей, мы видим, что различные санкционные процедуры приглушены путем временных компромиссов. Но проблема не уходит.

Конфликтные отношения Соединенных Штатов наблюдаются относительно не только России и Китая, но и большинства других цивилизаций и культурных регионов мира: Иран, Турция, большая часть арабского мира, Латинской Америки и Африки.

В то же время мы видим, как обостряется тарифный конфликт между США и ЕС, которого Брюссель надеялся избежать или, по крайней мере, минимизировать.

Как будет измеряться ущерб, нанесенный глобальному росту, и нестабильность, вызванные этими конфликтами?

Мы можем обсуждать и иметь разные мнения по этому поводу. Однако я не думаю, что можно сомневаться в том, что в мире глобальной экономики вырисовывается ситуация, которая может привести к выступлению всех против всех, рискуя создать неуправляемый хаос.

Мы также можем подискутировать, насколько неизбежен этот тип эволюции и насколько он субъективен и персонифицирован, связан, например, с личностью американского президента, как это подчеркивают многие его противники. Конечно, форма некоторых американских действий, с этой точки зрения, накладывает свой отпечаток. Но его роль не стоит преувеличивать. Во всяком случае, при любом результате выборов этот тип конфронтации рискует продолжиться с большей или меньшей энергией, возможно, изменяясь по форме, но не по существу.

Для делового мира это очень негативная ситуация. Ее последствия в планетарном масштабе будут пагубными как для экономики и финансов, так и для социального измерения, для повседневной жизни народов и людей; и даже в плане реального риска новой мировой войны.

Но не стоит ожидать, когда все изменится самостоятельно, и жаловаться на неудачу. В этом мы должны решительно и активно развивать то, что мы называем деловой дипломатией.

Предприниматели должны влиять на традиционную политическую дипломатию, ограниченную сотнями факторов, которые часто делают ее инертной и неподвижной.

Бизнес должен продвигать реальные интересы национальной и даже наднациональной экономики, устанавливать контакты, развивать новые идеи, предлагать решения. Предприниматели, от Атлантики до Тихого океана, имеют слишком много общих интересов, их рынки дополняют друг друга, переплетаются и близки, даже географически.

Новая Европейская комиссия под председательством Урсулы фон дер Ляйен кажется более прагматичной и реалистичной, чем предыдущая.

Фон дер Ляйен, как в телефонном разговоре от 3 декабря 2019 года с Владимиром Путиным, так и на встрече с президентом России 18 января сего года на Берлинской конференции по кризису в Ливии, продемонстрировала большую открытость и готовность к сотрудничеству. Однако новая комиссия еще не решила, следует ли продолжить или изменить политическую линию в отношении России, утвержденную Высоким представителем по иностранным делам Федерикой Могерини с 2014 года, разделенную на известные пять руководящих принципов, подвергшихся критике со стороны различных сторон за недостаток видения и все же подтвержденных в 2016 г. Поэтому мы ожидаем, что новое европейское руководство начнет обсуждать Россию, принимая во внимание особо чуткую позицию Эмманюэля Макрона, согласно которой Москву нельзя исключать из нового порядка «доверия и безопасности», востребованных Европой, если она хочет измерить себя на глобальном геополитическом уровне с Китаем и США.

К сожалению, более того, Европейский Союз до сих пор не признает Евразийский экономический союз в качестве субъекта международного права и полностью игнорирует его, пытаясь продолжить свою двустороннюю стратегию со странами Азии (Комиссия ЕС, Совместное общение с Европейским парламентом и Советом, ЕС и Центральная Азия: новые возможности для более сильного партнерства от 15 мая 2019 г.).

Хотя за последние два года товарооборот между Европейским союзом и Евразийским экономическим союзом резко сократился, мы считаем, что если европейская стратегия соединения Европы и Азии будет принята осенью 2018 года, если вместо игнорирования Евразийского экономического союза и Китая она будет синергически соединяться с евразийской стратегией и с Инициативой «Один пояс один путь», торговля между двумя экономическими органами будет интенсивно развиваться, достигая и превышая уровень 2013 г. Азиатский банк развития подсчитал, что для удовлетворения инвестиционных потребностей в Азии и в Европе между 2019 и 2030 годами потребуется около 26 триллионов долларов США, большая часть которых потребуется для энергетической инфраструктур».

Продолжение следует